Россия в рейтингах: почему всё так плохо?

В недавно опубликованном рейтинге уровня коррупции Россия заняла очередную позорную строчку. Оппозиционеры – кто с ехидцей, а кто и с неприкрытой ненавистью – тиражируют опостылевший тезис насчет скатывания известно куда. Лоялисты и просто сочувствующие убеждают, что загнивающий Запад оптом скупил всех производителей рейтингов. И, похоже, никто не удосужился взглянуть на механику подобного ранжирования.

Попробую исправить это упущение.

Россия в рейтингах
Парадокс, но в вопросе объективности расстановки государств по ранжиру ошибаются и сторонники истинности таких рейтингов, и сторонники их, рейтингов, фабрикации. Видимо, дело тут в психологическом эффекте, который заставляет доверять рейтингам, даже предполагая их фальшивость. Ведь они содержат сразу две важнейшие составляющие доверия: точные цифры и авторитет экспертов. На этом эффекте основаны многие рекламные кампании. «По данным Межгалактической ассоциации проктологов, наша зубная щетка на первом месте по очистке труднодоступных мест!» «Теперь в нашем стиральном порошке на 84% больше бифидобактерий!» Ну, вы поняли.

Так вот, давайте пристальнее взглянем и на точность цифр, и на авторитетность экспертов.

Я не могу назвать себя специалистом в этой области, но по долгу аналитической службы и по личной инициативе я заглядывал за рамки итоговых таблиц раз этак двадцать, не меньше. Во всех случаях, будь то рейтинг свободы прессы или доступности коммерческой недвижимости, методология их составления была схожей. И основывалась она отнюдь не на объективных данных. Впрочем, обо всем по порядку.

Итак, неделю назад небольшая американская организация TRACE International, декларирующая помощь международному бизнесу в минимизации коррупционных рисков, опубликовала страновой рейтинг этих самых рисков TRACE Matrix.

Для начала скажу, что слухи о месте России на днище турнирной таблицы, распространяемые некоторыми не в меру ретивыми акулами пера, сильно преувеличены. Если судить по позиции, Россия удалена от самого конца на 63 строчки и только на 35 – от экватора. А если по баллам, которые варьируются, почему-то не от 1 до 100, а от 20 до 97, показатель России отстает от медианного значения всего на 8 единиц (тогда как разница с последним местом – 32 балла). Но тут ничего не попишешь, профессиональную деформацию в журналистике никто не отменял. Нам же интереснее другое.

Конкретно в случае TRACE Matrix выяснить методологию не удалось – для этого нужно отправлять официальный запрос с указанием ФИО, места работы, телефона и ключа от квартиры, где деньги лежат. Но некоторые моменты отметить можно.

Во-первых, составители упоминают, что активно привлекали экспертов как внутри США, так и за их пределами. К последним относятся юридические компании (не более одной на каждое из примерно 130 государств, с которыми налажено сотрудничество), которые предоставляют «достоверную» информацию о коррупции в своей стране. Не нужно быть социологом, чтобы понимать, насколько репрезентативна такая информация, как не нужно быть политологом, чтобы понимать, в каких отношениях с действующей властью находится подобная компания в России и вообще в любой стране, не особо дружественной к США.

Во-вторых, очевидно, что для адекватной оценки любой из четырех категорий, представленных в рейтинге, необходимо досконально знать ситуацию с коррупцией в том или ином государстве. Для тех, кто не владеет английским, приведу примерный перевод этих категорий (точный невозможен без контекста): Взаимодействие с государством (очевидно, бизнеса); Антикоррупционное законодательство и его применение; Транспарентность (прозрачность, открытость) органов власти; Возможности гражданского общества по осуществлению контроля. Так что здесь нужно не просто мнение каких-то юристов, тем паче единственных, а объективный анализ всего массива антикоррупционных законов и подзаконных актов, а также правоприменительной практики и прочей сопутствующей статистики как минимум за пару десятков лет.

То, что «в-третьих», я, пожалуй, оставлю на десерт – упомяну об этом в самом конце.

Однако, скажет пытливый читатель, возможно, местечковая организация со своим новым детищем не может и не должна перелопачивать эти тысячи тонн информационной руды ради одной циферки в таблице.

Ну что ж, давайте для сравнения возьмем куда более уважаемый рейтинг – Индекс восприятия коррупции (CPI) всемирно известной Transparency International. Уже само название говорит о том, что оценивается не уровень коррупции, а степень его восприятия – показатель, субъективный по определению. Здесь тоже активно используются мнения экспертов, в том числе, понятное дело, живущих в оцениваемых странах. Добавляется только использование других рейтингов уровня коррупции (в том числе своих собственных).

Как ни крути, у любых составителей любого рейтинга, где оценивается что-то, что нельзя напрямую измерить и посчитать, есть лишь два инструмента: экспертные мнения и аналогичные рейтинги. И какие бы хитрые формулы ни использовались, какие бы математические манипуляции ни совершались, рейтинг все равно останется субъективным. Ноль, помноженный на любое число, дает ноль.

Справедливости ради отмечу, что у Transparency International есть грамотный дисклеймер, где, в частности, поясняется следующее. Объективным показателем уровня коррупции является число коррупционных скандалов, интриг и расследований. Однако их арифметический подсчет будет скорее свидетельствовать о профессионализме правоохранителей, которые сумели это безобразие выявить и пресечь на корню. Так что тут статистика надвое сказала. Так-то оно так, но рейтинг ведь от этого не становится объективнее!

Ну и напоследок вкусненькое.

Возвращаясь к нашим TRACE International. Оказывается, эти ребята работали над коррупционным рейтингом не сами, а в тандеме с RAND Corporation. Надеюсь, не надо объяснять, кто это? Надо? В общем, это такой как бы независимый исследовательский центр, изначально созданный для конструирования самолетов, ракет и спутников. Впоследствии занялся аналитической деятельностью в интересах национальной безопасности США и фактически является единственной неправительственной организацией, осуществляющей стратегическую разведку. Правительственные организации того же рода деятельности вам всем отлично известны: ЦРУ, Минобороны (в лице Разведуправления), Госдеп и АНБ.

А глава TRACE Александра Рэдж ранее являлась советником по вопросам противодействия коррупции в Northrop Grumman – одной из крупнейших военно-промышленных компаний мира, производящей авианосцы, «стелсы», стратегические беспилотники и прочие замечательные штуки. Как говорится, вместо тысячи слов.

Так что не особо переживайте из-за низкого места России в очередном международном рейтинге, составленном очередным Обществом любителей демократии. Это показатель не нашей отсталости, а того, что мы все делаем правильно.

Андрей Величко