Укрощение Пентагона

Укрощение Пентагона
55 лет назад Советский Союз ликвидировал глобальную неуязвимость США

Бородатый анекдот «Хочешь попасть в Америку? Иди служить в ракетные войска!» наполнился вполне конкретным смыслом 20 января 1960 года после выхода постановления Совета министров СССР № 60-20, принявшего на вооружение Советской армии межконтинентальную баллистическую ракету Р-7 (8К71) с термоядерной боевой частью мегатонного класса.

 

МБР разработало ОКБ-1, ядерный боеприпас – КБ-11 (ныне ВНИИЭФ) совместно с НИИ-1011 (ВНИИТФ). Ракета по замыслу ее «отца» Сергея Королева создавалась одновременно как средство ядерного сдерживания и носитель космических аппаратов. Драматические моменты испытаний «семерки» хорошо показаны в известном фильме «Укрощение огня», где роль Королева (под фамилией Башкирцев) исполнил Кирилл Лавров. Так оно и было: первый пуск 15 мая 1957 года на полигоне Тюра-Там, больше известном как Байконур, – неудача (отказ первой ступени), второй отложен из-за отказа системы управления, третий, 12 июля того же года, – ракета взорвалась на старте. Но в четвертом пуске, 21 августа 1957-го, Р-7 сумела одолеть 5600 километров, достигнув заданного района на Камчатке. О чем с гордостью (без подробностей, конечно) сообщил ТАСС: «На днях осуществлен запуск сверхдальней межконтинентальной многоступенчатой баллистической ракеты».

 

А через месяц с небольшим, 4 октября, РН «Спутник» – космический вариант Р-7 – вывела на околоземную орбиту первый в истории человечества искусственный спутник Земли ПС-1. Штаты вздрогнули, особый шок испытали в Пентагоне – ведь русские продемонстрировали не только свое историческое первенство в космосе, но и то, что в их распоряжении появилось грозное оружие – межконтинентальная баллистическая ракета. Первое успешное испытание своей МБР Аtlas американцы провели только 17 декабря 1957 года.

 

Не для парадов

 

Боевое ядерное снаряжение Р-7 представляло собой моноблочную головную часть мощностью три – пять мегатонн. Весила боеголовка более пяти тонн. Сам заряд состоял из термоядерного узла (разработанного в НИИ-1011 на базе заряда РДС-37 конструкции Сахарова – Харитона) и первичного ядерного заряда на основе хорошо отработанного РДС-4. Термоядерный заряд для Р-7 испытали в оболочке авиабомбы, сбросив с борта дальнего бомбардировщика Ту-16 на Новой Земле 6 октября 1957 года, при этом энерговыделение составило 2,9 мегатонны, в 1,2 раза превысив расчетный показатель.

 

Вскоре был создан еще более совершенный термоядерный заряд – «изделие 49» (заряд Трутнева – Бабаева), отличающийся повышенной удельной мощностью при значительно уменьшенных массогабаритных характеристиках. Важным новшеством в «изделии 49» стало бустирование первичного ядерного заряда, то есть включение в его конструкцию тритий-дейтериевого узла, обеспечивающего более эффективное использование делящегося материала.

В разработке ядерного боеприпаса для «семерок» принимали участие и ученые КБ-25 (ВНИИА).

 

Создание «изделия 49» в свою очередь позволило улучшить характеристики ракеты Р-7. Ее новый вариант Р-7А (8К74) мог забросить легкий трехмегатонный термоядерный блок весом 2,2 тонны на дальность до 14 тысяч километров, а тяжелый пятимегатонный (вес 3,7 т) – на 9,5 тысячи километров против максимальной дальности стрельбы 8500–8800 километров у Р-7.

 

Тем не менее Р-7 и Р-7А, являясь первыми представителями советских МБР, сами по себе оказались весьма громоздкими, сложными в войсковой эксплуатации и к тому же уязвимыми для удара противника. Топливом в них служили керосин Т-1 и жидкий кислород, и в заправленном состоянии на старте ракету можно было держать максимум месяц.

 

Саму боевую стартовую позицию под условным наименованием объект «Ангара» построили рядом с рабочим поселком Плесецк в Архангельской области (так, собственно, и родился космодром Плесецк). Наземный стартовый комплекс, не имевший никакой инженерно-противоатомной защиты и мало чем отличавшийся от космического старта на Байконуре, состоял из пусковой установки с фермами обслуживания и технической позиции, откуда ракету доставляли по рельсам на железнодорожном установщике.

 

Чисто «пиаровский» момент: по Красной площади на страх супостату здоровенную Р-7 с широкой «юбкой» из «боковушек» первой ступени было не провезти, а ведь Хрущев страсть как любил демонстрировать миру стратегические ракеты на грандиозных парадах 1 мая и 7 ноября.

 

«Ангара» гарантирует

 

Объект «Ангара» сдали ракетчикам к 1 января 1960 года, и они в том же месяце в соответствии с постановлением Совмина поставили на боевое дежурство первую «семерку». А весной того же года здесь разместили усовершенствованную Р-7А. Боеспособность объекта «Ангара» была доказана 16 июля 1960-го успешными учебно-боевыми пусками из-под Плесецка сразу двух ракет Р-7А.

 

Всего Ракетные войска стратегического назначения имели в своем «горячем активе» четыре такие ракеты, взявшие «на мушку» Вашингтон, Нью-Йорк, Чикаго и Лос-Анджелес. Поразить эти города в отличие от отечественной стратегической авиации они могли со стопроцентной гарантией.

 

Вскоре в связи с появлением новых баллистических ракет от идеи развернуть целую ракетную дивизию «семерок» отказались. На вооружении четыре «семерки», уже совершенно устаревшие в боевом качестве, продержались до 1968 года, когда основу межконтинентального арсенала РВСН составляли гораздо более совершенные ракеты преимущественно шахтного базирования – Р-16, Р-9А, Р-36 и УР-100 (всего 909 МБР вместе с «семерками» – колоссальная мощь, делавшая войну против СССР бессмысленной!).

 

Однако «семерка», с помощью которой (в модификации «Восток») 12 апреля 1961 года был выведен на орбиту одноименный космический корабль Юрия Гагарина, продолжает жить и сегодня как космическая ракета-носитель славного семейства «Союз». Завидное долголетие! Модернизационный ресурс, заложенный в свое детище Сергеем Павловичем со товарищи, просто поражает. И как-то приходит в голову мысль, что Королев, создавая «семерку», прежде всего думал о звездах – не на пиджаке, а о настоящих – и военная миссия этой ракеты была для него на втором плане. Кстати, в «Укрощении огня» этот момент отражен.

 

А что за океаном?

 

Американцы, а именно фирма Convair, разрабатывали свою МБР Аtlas, тоже летавшую на кислороде и керосине. Первая серийная модель – Аtlas D – запускалась, как и наша «семерка», с открытого наземного стола, вторая – Аtlas E – хранилась горизонтально в открытом бетонном наземном боксе (что несколько повышало устойчивость к ударной волне ядерного взрыва) и перед пуском прямо из бокса (который американцы прозвали coffin – гроб) приводилась в вертикальное положение. Третью модель – Аtlas F – разместили в шахтах, но для пуска ракету все равно надо было поднимать на поверхность. Нужно сказать, что американцы благодаря разработанной ими системе скоростной заправки ракетным топливом добились важного преимущества «Атласов» перед «семерками» в технической готовности к пуску. Если для Р-7А, находящейся на стартовой позиции, время подготовки составляло девять часов, то американские ракеты заправлялись всего за 15 минут. Ракетная база с «Атласами» могла отстреляться по советским городам за полчаса.

 

МБР типа Аtlas были оснащены моноблочными головными частями с термоядерными зарядами W-49 и W-38 мощностью четыре мегатонны. Всего США имели в боевом составе своих стратегических сил 129 «Атласов», и следует признать, что этого количества было достаточно, чтобы причинить СССР то, что эвфемически называется неприемлемым ущербом. Они прекратили боевое дежурство в 1964–1965 годах, будучи замененными на ракеты семейств Titan и Minuteman. Как и «семерка», ракета Аtlas в модифицированном виде нашла применение как космический транспорт. Например, с ее помощью были запущены межпланетные станции Pioneer. И признаем, это лучшее применение ракетной техники, которая должна служить миру, а не войне.