“Битва за Севастополь”

К фильму “Битва за Севастополь”

Первый материал про фильм «Битва за Севастополь» я написал ещё пару месяцев назад, когда о нём уже было достаточно информации в открытом доступе. О, это была разгромная, искромётная и язвительная колонка, предупреждавшая зрителя об очередном грядущем киноиздевательстве над святой для нас темой Великой Отечественной Войны.

Битва за Севастополь

И я сожалел, что редакция её не пропустила (что бывает у нас крайне редко), сославшись на то, что стоит всё же дождаться выхода картины, а не громить её заранее.

Теперь же я рад, что так получилось, потому что, посмотрев фильм «Битва за Севастополь», я пришёл к выводу, что чуть не обидел его напрасно.

Чтобы не убить у зрителя интерес, скажем только, что это картина о советском снайпере Людмиле Михайловне Павличенко, на боевом счету которой 309 убитых фашистов. Однако сразу предупредим, что многое показанное в фильме является вымыслом и к прототипу киногероя отношения не имеет.

У картины вообще-то был сложный путь. Затевалась она как российско-украинский проект ещё в эпоху разновекторного Януковича. Но после киевского майдана украинская сторона отказалась финансировать съемки, и они были взвалены на вовремя подставивший плечо российский Минкульт. Что, впрочем, не помешало картине в итоге выйти на двух языках и стартовать как в российском, так и украинском прокате под двумя названиями (у нас это «Битва за Севастополь», а у них «Незламна»).

Да в фильме много несоответствий с реальной биографией Л.Павличенко. Преимущественно это касается вымышленной сценаристами любовной линии. Но тут нужно понимать, что режиссёр в образ героини пытался втиснуть все женские военные судьбы вообще. А была ли любовь на фронте? Была и любовь, и свадьбы, точно так, как они есть сейчас и на другой войне, на Донбассе. Оскорбляет ли это память самой Павличенко? После просмотра мне кажется, что нет, не оскорбляет. Там нет пошлости, хоть и есть некоторые уступки современным лекалам, такие как, по моему мнению, неуместная постельная сцена. Благо длится она всего несколько секунд и выглядит скорее как намёк на неё, но всё же без неё можно было бы легко обойтись.

Признаюсь, весь просмотр я провёл как на неразорвавшейся мине – ждал подляны. Какого-нибудь привычного уже для жанра антисоветского поворота, разоблачений тоталитаризма или фальшивого пафоса, свойственного голливудским картинам. Ничего этого в нём не оказалось.

Какой-то сногсшибательной задушевности, как в старых советских картинах о войне, правда, тоже не нашлось.

Поэтому фильм в целом получился не гениальным, но добротным. Я, к счастью не эксперт в области кино (иначе кто бы стал читать эту рецензию) и не могу поставить баллы актёрской игре, операторской работе и звукорежиссуре. Но я внимательно прислушиваюсь к эмоциям, которые возникают во время просмотра и после выхода из кинозала, по ним и сужу.

Так вот. По мере развития сюжета меня всё больше накрывало чувство стыда. Нет, не за страну и не за отечественный кинематограф, а за себя самого. Не могу сказать, за что конкретно, но в целом – будто я живу слишком хорошо и это мной не заслужено. И даже не оценено толком. Что вон тот солдат, засыпанный в окопе, он ведь – не вымышленный. Он эту землю глотал вживую, как я сейчас тёплый весенний воздух. И он…, а я… В общем, это тяжёлое чувство, но я рад встречи с ним. Оно мотивирует, лучше любого новомодного тренинга по самореализации.

Вторая сильная эмоция, которую я испытал, уже выйдя из кинозала, – это любовь. Захотелось обнять жену. Это же здорово, что мы рядом. Что нет между нами вынужденной разлуки, что не гудят сирены воздушной тревоги и горизонт относительно спокоен и чист. Спасибо тому солдату в окопе и тем женщинам, о которых и снят весь этот фильм. Ключевая его фраза – «Женщинам на войне тяжелее, чем мужчинам». И пусть наши женщины знают это только из кино.

А ещё я думаю, как будут воспринимать эту картину за рубежом. Вот, например, позавчера киевский президент Порошенко указом запретил фильмы, в которых содержится «популяризация вооружённых сил страны-оккупанта». Так как они якобы «негативно влияют на моральный дух украинской армии». Но «Битва за Севастополь» запущена в украинских кинотеатрах. Не нанесёт она вреда духу армии? Ведь в ней совершенно точно прославляются «вооружённые силы страны-оккупанта» (мы же помним, как Яценюк недавно заявил об оккупации Германии силами СССР). Впрочем, изворотливый украинский ум нашёл способ выбраться из этой раскоряки. Если судить по комментариям, то Л.Павличенко объявлена «национальным украiнским хероем и жiнкой-снайпером», так что остальное в головах зрителей будет эффективно отсекаться.

Наверное, фильм не избежит жёсткой критики. Кому-то уже не понравился «нарочитый патриотический пафос», кому-то – качество прорисовки модели самолёта в батальной сцене, кто-то нашёл петлички не того цвета. Это всё неизбежно.

Но в итоге картина получилась хорошей и, если у вас есть возможность, поддержите её в прокате. Может быть, это откроет дорогу новым фильмам – и мы заново создадим большое русское батальное кино.

Евгений Супер

Конкретная человечность с ружьём. Некритические заметки о фильме «Битва за Севастополь»

Я не хочу гадать, как в школьном сочинении, «что хотели сказать нам авторы своим произведением».

big_startfilmru1282921Я, в принципе, готов согласиться с формальными упрёками в адрес фильма «Битва за Севастополь» — и относительно чисто маркетингового и потому бессмысленного названия, и относительно «плохо нарисованных самолётов», и относительно кое-каких фактических несуразиц и домыслов, и относительно некоторых спорных трактовок исторических фактов и явлений. Впрочем, об этом вы уже успели поговорить с моим коллегой Евгением Супером.

Нет, давайте сегодня о другом: не о том, что «хотели сказать авторы», а о том, что на самом деле есть в фильме «Битва за Севастополь».

***

…Что мы можем сегодня сказать о Войне?

Что мы можем сказать о Великой Отечественной друг другу — люди, не видевшие её и что-то знающие о ней по пересказам из третьих рук?

Что мы можем сказать о главном Событии своей истории — Событии, которое сделало нас таким народом, каким мы должны пытаться быть?

Что мы должны знать и повторять друг другу о той Войне, чтобы суметь ещё раз победить, когда вот-вот придётся?

Начнём с того, что Великая Отечественная сегодня, в XXI веке, для нас — не набор Исторических Фактов, а большая Историческая Правда (понимаете разницу?). То есть — миф. В том понимании миф, что именно он лежит в основе нашего историко-культурного самоопределения, именно в нём заложены исчерпывающие ответы на вопросы «кто мы», «зачем мы», «что делать» и «что такое хорошо».

Благодаря поколению победителей и всем предыдущим поколениям наших предков основополагающий миф нам придумывать не надо — сделанная ими реальность и есть миф, который величественнее любой сказки. Этот реальный миф надо просто знать наизусть и постоянно себе повторять — для этого, собственно, и есть искусство, а не вовсе для творческого самовыражения, как нам тут рассказывают. Искусство — это пересказ друг другу из поколения в поколение на разные лады притч по мотивам нашего главного мифа.

***

Так вот. Фильм «Битва за Севастополь» — это оно и есть.

Это притча о том, кем надо быть, чтобы стать победителем. Ответ несложный: оставаться человеком, даже если в объективных обстоятельствах куда удобнее им не оставаться.

Все советские герои «Битвы за Севастополь» — Люди. Каждый из них доходит до рубежа, за которым можно уйти из Людей — и это будет как бы мотивированно и простительно. И каждый их них остаётся на этой стороне, по эту линию фронта между Добром и Злом. Каждый. Кстати, не сам по себе: каждого из них от этого рубежа за шкирку оттаскивает другой советский человек — друг, командир, любимый или первый встречный. Обратите внимание: не жизнь спасает, а принуждает остаться человеком, который звучит гордо.

Потому что твои люди, твой дом, твоя земля, твои нравы, обычаи и ценности — это и есть Родина. За это мы умираем. И убиваем — но только за это, а не по прихоти: «Благородная ненависть наша рядом с любовью живёт». И девочка, читающая красноармейцам симоновское «Убей его!», — это, конечно, никакая не толерантность и никакой не абстрактный гуманизм. Это конкретная человечность. Настоящая.

«Война — это такая жизнь» — одного только этого нравственного императива с ударением на слове «жизнь» достаточно для того, чтобы фильм «Битва за Севастополь» считать не зря снятым.

И он снят не зря.

***

Кстати, обратите внимание, когда будете смотреть: всё, о чём с нами говорят авторы и герои фильма, как родное рифмуется со смыслом и содержанием русской советской культуры вообще. Вот и Высоцкий с Горьким и Симоновым, помните, у нас с вами как-то незаметно к рассуждениям и пришлись. И вот что показательно: показавшаяся многим зрителям чересчур навязчивой и хитросплетённой «любовная линия» — это как раз насильственный голливудско-блокбастерный имплантант (типа, для маркетинга так положено).

Там много чего ещё есть — и чтобы порадоваться, и чтобы усомниться. Как по мне, так «американская» линия в сюжете — вообще чуть ли не отдельная песня. А один только факт украинского (пусть и домайданного) участия и в содержании, и в «мове», и в производстве — и особенно с учётом всего вышесказанного — очень своевременен и полезен для внятного понимания «кто мы».

Так что плохо нарисованными самолётами и прочими помарками в данном конкретном случае позволительно, я так думаю, пренебречь. В другой раз лучше нарисуют, нашли тоже проблему.

…И напоследок — пара любопытных фактов. Бюджет «Битвы за Севастополь» — 4 миллиона, если в долларах. Это меньше половины от «Батальона» и чуть больше смехотворных 10% (Десяти Процентов!) от «Сталинграда». Зато в титрах нет ни одной (ни одной!) фамилии из привычной самопровозглашённой и самовоспетой «киноэлиты». Что-то мне подсказывает, что это и есть самая надёжная гарантия успеха.

Андрей Сорокин