Треугольник Иран — США — Саудовская Аравия

В начале года Aramco отменила ряд контрактов с контролируемыми компанией по управлению активами Вангард энергетическими корпорациями, включая Hercules Offshore и другие. Речь идёт о долгосрочных деловых соглашениях, и общий ущерб, причинённый Вангард отказом Саудовской Аравии от ранее взятых на себя обязательств — из расчёта до 2019 года включительно, — исчисляется суммой порядка сотен миллиардов долларов.

saudi-tanks

Лоббисты Вангард оказали давление на администрацию США, и американское правительство обратилось к Саудовской Аравии с просьбой пересмотреть решение.

Саудовское руководство согласилось взвесить такую возможность — и выдвинуло свои условия. Они потребовали от США оказания военной помощи «по всем фронтам» — в Йемене, в Ираке, в сдерживании организации «ИГ».

Речь шла о новых поставках королевству продвинутых систем вооружений, а также официального, публичного выражения Соединёнными Штатами поддержки саудовских военных кампаний, вплоть до готовности направить на помощь американские войска.

Белый дом готов был санкционировать поставки вооружений, но не горел желанием ни декларировать во всеуслышание безоговорочную поддержку саудовской политики, ни, тем более, посылать в регион американские войска за полтора года до следующих президентских выборов.

Нерешительность партнёров, мягко говоря, не устроила саудовских переговорщиков. Саудовская Аравия отреагировала отменой ещё большего количества контрактов с энергетическими ТНК. Суммарный эффект этих двух шагов в среднесрочной перспективе, по различным оценкам, составит от одного до двух триллионов долларов.

Компания Вангард вновь оказала давление на правительство США. Конфиденциальные источники сообщают, что в этот раз, кроме лоббирования, был применён уже прямой шантаж.

Одновременно Вангард, которая никогда не держит все яйца в одной корзине, предложила Ирану соглашение о том, что в ближайшие годы контролируемые компанией корпорации будут вести добычу иранской нефти и осуществлять её продажи. В обмен Иран получит отмену экономических санкций.

Иранская сторона указала, что если под давлением Запада Иран будет практически лишён собственной атомной энергетики, то нефть иранцам потребуется самим — для внутреннего потребления. Ответ компании Вангард был краток и прост: будет вам собственная атомная энергетика.

В результате положившиеся на Белый дом наивные принцы потерпели фиаско. Иран занял место регионального лидера вместо Саудовской Аравии, которая, кроме понесённых и предстоящих материальных убытков, теперь ослаблена и в военном отношении.

В этой стране привыкли решать возникающие с соседями проблемы тремя путями. Если не получается разрешить конфликт методом дипломатии, можно залить пожар петродолларами или заслать распространяющих салафизм/ваххабизм имамов. К военной интервенции Саудовская Аравия не готовилась и рассчитывала лишь спровоцировать войну, а затем положиться на американскую интервенцию.

Но с Йеменом случилась промашка: в Эр-Рияде почувствовали растущее иранское влияние в регионе, в том числе на «собственном» полуострове, и попросту потеряли голову. Хотя заручиться, например, египетской поддержкой оказалось несложно. В Каире по сей день нет недостатка в реваншистах, стремящихся поквитаться за результат Хартумской конференции 1967 года, после которой Египет вывел свои, понесшие серьёзные потери за время пребывания там, войска из ЙАР.

Турция, со своей стороны, никогда не упускает возможности напакостить Ирану. Иордания опасается усиления иранского влияния в соседних Сирии и Ираке. Однако, основные упования Саудовская Аравия возлагала на несостоявшуюся интервенцию США.

При этом в Вашингтоне осознают, что Йемен, по сути, уже является несостоявшимся государством. Обычному государству можно нанести военное поражение, тогда как войны на поражённых безвластием территориях могут продолжаться сколь угодно долго.

Государства, составляющие примерно половину сколоченной Саудовской Аравией коалиции, поняли, что не получат американской поддержки, и с каждым часом растрачивают свой первоначальный энтузиазм.

Положение в Йемене разворачивается не в пользу переоценившей свои возможности Саудовской Аравии. Подобно тому, как дело обстоит с «ИГ», победа в Йемене также невозможна без наземного вторжения. С этой целью королевство сконцентрировало у йеменской границы внушительную мощь совершенно бесполезной бронетехники.

Бесполезной потому, что последнее, чего хотят в Эр-Рияде, — это увидеть современные американские танки развернувшимися на Северо-Запад в направлении Мекки и Джедды. Саудовской Аравии не удаётся привлечь на военную службу достаточно собственных граждан, и экипажи танков сформированы, в основном, из «гастарбайтеров», на которых нельзя положиться в войне. Во всяком случае, против мусульман, различия у которых между суннитами и шиитами серьёзной роли в Йемене не играют. Конфликт носит межклановый, а не религиозный характер.

Остаётся продолжать бомбардировки с воздуха, но окно этой возможности стремительно закрывается. Полагаю, что осталось не более двух-трёх недель. В результате бомбёжек разрушаются гражданские объекты и гибнет мирное население. Левые и другие гражданские активисты в Европе не станут долго терпеть и окажут давление на свои правительства.

Саудовских принцев не устраивает перспектива попасть за военные преступления в розыскные списки Европола. Они понимают, что монархия скорее рано, чем поздно, падёт под напором исламистов, и не закроют своим семьям и себе пути отхода.

В России найдётся много желающих оспорить этот прогноз, ссылаясь на европейское долготерпение к военным преступлениям и преступлениям против человечности, совершаемым на Украине. Это недоразумение строится на экзотической теории «заговора против Русского мира», с которой невозможно серьёзно дискутировать, а также — в более широких кругах — на недостатке информации.

Дело в том, что в Йемене (в отличие от Украины) на протяжении, по меньшей мере, последних двух десятилетий действует множество оказывающих реальную помощь населению европейских НПО, в отличие от известных американских, занимающихся, как на Украине, в первую очередь дестабилизацией.

Информации, поступающей с Украины, европейцы попросту не доверяют. Всей. Не говоря уже о Яценюке или Порошенко, даже заявления хорошо известного немцам Кличко воспринимаются как позиция одной из воюющих сторон. С таким же недоверием в Европе относятся и к сообщениям лидеров ДЛНР. Нейтральных, при этом лично знакомых и вызывающих доверие источников, у европейской общественности на Украине нет.

Этим положение в Йемене коренным образом отличается от украинского. В стране находятся тысячи прекрасно ориентирующихся в местной обстановке европейских «Докторов Лиз», которым гражданское общество доверяет больше, чем собственным правительствам, не говоря уже о воюющих сторонах. Эти люди хорошо разбираются в йеменских межклановых разборках и могут засвидетельствовать отсутствие в этой стране (в отличие от той же Саудовской Аравии) ксенофобии и вражды к иностранцам, включая соседей.

Таким образом, саудовская авиация в течение ещё некоторого, полагаю, достаточно короткого, времени, отбомбится по йеменским объектам, после чего коалиционные силы, поджав хвост, уберутся восвояси. Разумеется, громогласно раструбив о своей победе.

Как говорил в подобной ситуации Джордж Уокер Буш: «Mission Accomplished». Или, более многословно и менее вразумительно, президент Порошенко после бегства из Дебальцево. Впрочем, не будем строго судить Петра Алексеевича: у американского президента спичрайтеры лучше.

Поскольку с йеменской кампанией всё ясно, вернёмся к более существенным вопросам. Политическая элита США обладает тесными связями с нефтяными монархиями аравийского полуострова и традиционно их поддерживает. В Вашингтоне как израильскому, так и более мощному саудовскому лобби удалось организовать массированное сопротивление достижению договорённостей по ядерной программе Ирана.

Они не учли, что компания Вангард стремится наказать Саудовскую Аравию за разрыв выгодных контрактов с контролируемыми ею энергетическими корпорациями. В результате Саудовская Аравия проиграет войну, да и нефтяному экспорту королевства будет нанесён тяжёлый удар — путём замещения значительной его части иранским сырьём.

На полуострове поняли, что договариваться следует не с Вашингтоном, округ Колумбия, а со штаб-квартирой Вангард Груп, Малверн, Пенсильвания — только поздно. Принцы, переписавшие эти контракты на аффилированные компании, живут в Вашингтоне, Лондоне, Лозанне — и заботятся о собственных прибылях, а не о судьбе королевства.

Здесь Вангард вряд ли что-либо обломится, поскольку в королевстве слишком поздно разобрались, что кого бы на потеху публики и СМИ ни избрали в палату представителей, Сенат или в Белый дом, важнейшие решения в США принимают не политики, а деловые люди. Фамилии этих людей, если желаете, могу назвать, но они и без того у всех на слуху — особенно, если перевернуть в газете страницы политики и прочей индустрии развлечений и перейти к сути — биржевым новостям.

Деловых людей политика не интересует — им нужны ресурсы. Да, и в конечном итоге — несмотря на заполонившие Интернет экзотические теории — банальная прибыль. При этом борьба за или против демократии, справедливости, ислама, Русского мира и прочих абстракций, не охваченных программным обеспечением корпоративного аудита и финансового контроля, не попадает в поле зрения лиц, принимающих эти решения.

Не могу сказать, что этим никто не занимается. Занимаются, и со всей серьёзностью. Менеджеры низшего звена той самой индустрии развлечений, перед которыми поставлена традиционная задача, исчерпывающе описанная Александром Блоком в начале прошлого века: «И в желтых окнах засмеются, что этих нищих провели».

Для высшего звена истинного руководства американской плутократии русская или иранская нефти отличаются по составу и свойствам от той же Саудовской. Но это регулируется ценой — вот и всё. Политическая конъюнктура, конечно, тоже ими учитывается — ровно в той степени, в которой она влияет на рыночную. Впрочем, этими подробностями занимается среднее звено.

В результате Соединённые Штаты продолжат менять союзников, как перчатки — пока не останется ни одного. Не в угоду долгосрочной стратегии или политической конъюнктуре, а ради интересов определённой финансово-промышленной группы. В частности, против интересов других, не менее американских, но хуже приспособившихся к условиям плутократии ФПГ. Эти, проигрывающие группы, могут пока контролировать даже больше средств, только их аналитики исходят из неверной предпосылки. Им чудится, будто США всё ещё демократия.
источник