Бой за каждую деревню

Сирийские войска освобождают города к Северу от Хамы и выходят на границу с Идлибом. Наши корреспонденты Александр Коц и Дмитрий Стешин сообщают с места события.

45 километров к Северу от города Хама. Еще три дня назад так близко к границе с провинцией Идлиб — вотчиной исламистов – мы подобраться не могли. Мощные укрепрайоны террористических группировок контролировали дороги и близлежащие деревни. Сейчас бывшие позиции боевиков перепаханы точечными ударами российской авиации. На каменистых брустверах дымят пикапы, а на километры вокруг простираются засохшие фруктовые сады с ветвями, словно вывернутыми судорогами. Брошенные сады в Латакии — самая яркая примета этой войны. Последние полгода здесь орудовали банды «Аджнад аш-Шам» и «Джейш аль-Фатх», подчиняющиеся группировке Фронт ан-Нусра. И мирные жители бежали со своих земель, где оливки, персики и яблоки выращивали поколениями.

Сирийские войска освобождают города к Северу от Хамы и выходят на границу с Идлибом. Фото: Александр КОЦ, Дмитрий СТЕШИН

Линия фронта чувствуется интуитивно. По пыльной взвеси разрушенных домов в воздухе, печально висящим проводам линии электропередач, отсутствию встречного трафика… Мы въезжаем в городок Ачан, который еще накануне находился под контролем джихадистов. Все города, пропущенные через свинцовые жернова войны, похожи между собой. Осыпавшиеся пролеты домов, изъеденные пулевыми язвами стены, запах пороха вместе с цементной пылью, моментально забивающий слизистые. Во дворах валяются мягкие игрушки, матрасы, одеяла… Минарет большой мечети основательно потрепан – боевики, как правило, устраивают в них снайперские лежки. А также наводят свою артиллерию.

Последние полгода здесь орудовали банды «Аджнад аш-Шам» и «Джейш аль-Фатх», подчиняющиеся группировке Фронт ан-Нусра. Фото: Александр КОЦ, Дмитрий СТЕШИН

Ачан бойцы Сирийской арабской армии заняли ночью, но окраинах еще слышны звуки неспешной зачистки. А в центре солдаты устраивают традиционный ритуал, водружая на искореженную мачту освещения сирийский флаг.

– Здесь была довольно мощная группировка, состоящая из наемников из разных арабских стран, – говорит один из командиров. – Мы не могли штурмовать их в лоб, положили бы много людей еще на подступах к урепрайонам боевиков. Они окопались на каждой кочке. Но после того, как российские самолеты уничтожили их позиции, мы смогли продвинуться вперед. Конечно, это не быстрый процесс. Но сейчас мы тесним боевиков на Север, отвоевывая все новые и новые пространства.

Все города, пропущенные через свинцовые жернова войны, похожи между собой. Осыпавшиеся пролеты домов, изъеденные пулевыми язвами стены, запах пороха вместе с цементной пылью, моментально забивающий слизистые. Фото: Александр КОЦ, Дмитрий СТЕШИН

– Далеко теперь отсюда до противника?

– Километр-полтора. Вот прямо деревня — пока за ними. Слева — тоже. А вон деревня Маана. Ее тоже освободили в последние сутки.

В небе отчетливо слышен стук вертолетных лопастей. Гул далекий, но на равнинном фронте он разносится на несколько километров. Сначала на горизонте, километрах в пяти на Северо-Запад видны мощные разрывы. Затем доходит звук детонации. Очередные позиции террористов превращаются в молотый щебень.

А в центре солдаты устраивают традиционный ритуал, водружая на искореженную мачту освещения сирийский флаг. Фото: Александр КОЦ, Дмитрий СТЕШИН

– Спасибо России! – улыбается стоящий рядом боец и приглашает на экскурсию.

Мы идем вдоль линии двухэтажных домиков, за которой — открытое поле, простреливаемое снайперами.

Во дворах валяются мягкие игрушки, матрасы, одеяла…Фото: Александр КОЦ, Дмитрий СТЕШИН

– Глядите какой пикап, – показывает Хасан на изрешеченную машину. – С правым рулем. У них много таких, не знаю, кто им их поставляет. И станок под пулемет не самодельный — штатный, иностранного производства.

Сирийская армия пытается выдавливать противника на Север, к Ракке. Фото: Александр КОЦ, Дмитрий СТЕШИН

На одной из крыш оборудован наблюдательный пост. Монотонный хрип рации взрывается чем-то очень эмоциональным. Все мгновенно находят укрытия и приседают, и без того горячий воздух до кипения раскаляется свинцом. Щедрые пулеметные очереди прочесывают оливковую рощу. Небольшой отряд боевиков решил прощупать оборону Ачана и пошел в контратаку. В пыльном мареве между домами выехала БМП и несколькими выстрелами 30-мм пушки остудила пыл джихадистов, сразу же откатившихся назад, к занятой ими деревне в километре от Ачана. Она находится уже на территории провинции Идлиб. Сирийская армия пытается выдавливать противника на Север, к Ракке. Одновременно отрезая исламистов от границы с Турцией, откуда идет снабжение боевиков. Разрезая вражеский фронт, правительственные войска заставляют террористов группироваться на небольших участках, нанося по ним артиллерийские удары. И если на равнине бой идет за каждую деревню, то на Севере все решают господствующие высоты, превращенные в мощнейшие огневые точки, с подземными бункерами и своей артиллерией. Именно по таким объектам российская авиация наносит точечные авиаудары, лишая боевиков огневого преимущества перед войсками Асада. И по нашим данным, вполне успешно.

В пыльном мареве между домами выехала БМП и несколькими выстрелами 30-мм пушки остудила пыл джихадистов.Фото: Александр КОЦ, Дмитрий СТЕШИН

источник

 

Бой за каждую деревню