Немецкие снайперы предпочитали русские винтовки, но все равно проигрывали

Немцы никогда не были трусами. Во всех войнах, немецкие солдаты демонстрировали прекрасную стойкость и дисциплину. Но в противоборстве со своим извечным противником- русскими, были моменты которых они старались избегать. Это штыковой бой и снайперские дуэли.

О русском штыковом бое написано предостаточно что бы повторятся,поэтому поговорим о снайперских дуэлях.

– Один снайпер в состоянии решить проблему наступления противника, два – исход боя, а три-четыре снайпера могут обратить ход войны в обратную сторону.

(с) из наставления по снайперскому делу РККА от 1944 года.

Немецкая концепция блицкрига не предусматривала затяжные позиционные бои. Поэтому с самого начала немецкое командование не придавало снайперам особого значения. Немцы спохватились только в 42-43 году, когда выяснилось, что русские снайперы просто затерроризировали их войска и привели к частым тактическим поражениям. Выстрелы советских снайперов могли остановить атаки целых фашистских рот. Наши применяли такую тактику – чтобы остановить волну атакующих, расстреливали солдат в тылу наступления, во вторых рядах. Причем стреляли в живот, чтоб те орали погромче. Это деморализовывало передние ряды, вызывало у них ощущение обстрела с тыла и атака захлебывалась. На борьбу с ними направляли немецких метких стрелков, участь которых в большинстве случаев оказалась незавидной. Об их дуэлях и расскажем.

Немцы в первую очередь гнались «за палками». Они старались убить любого русского, оказавшегося в прицеле. Наши же могли целый день выслеживать блиндаж, дожидаясь пока не появится офицер. Да некоторые еще не на каждого офицера старались выстрел тратить, Номоконов- снайпер уничтоживший 360 немецких солдат и офицеров (один раз по беготне немецких офицеров понял, что ждут важного чина и убил аж генерала-майора, представителя ставки. Исторический факт! За частую стрельбу по обычным пехотинцам наш снайпер мог даже получить выговор от старшего.(Подробнее о Нокомонове здесь)

Снайпер Нокомонов

Когда снайпер обнаруживал себя выстрелом, его часто старались накрыть артиллерией. Так вот у немцев было принято немедленно удирать резкими перебежками, как они это называли – «заячими скачками». Сидеть на месте они считали самоубийством – рано или поздно позицию русские обязательно накрывали. Наши же снайперы наоборот, старались пересидеть в укрытии в подобных случаях. Кстати, за привычку вызывать на себя массированный огонь, вплоть до бомбежек, снайперов недолюбливали обычные пехотинцы, об этом упоминают и русские и немцы.

В книге Дмитрия Кустурова «Сержант без промаха» рассказывается о том, как советские более опытные стрелки тщательно – на неформальном уровне – учили новичков секретам меткой стрельбы. Конечно, и в СССР и в Германии (после 1942 года) к теоретической и практической подготовке снайперов относились серьезно. Однако, по мнению героя этой документальной повести Федора Охлопкова, практический опыт имел несоизмеримо большее значение, чем учеба в снайперской школе.Вообще мастерство снайперов на войне состояло из множества мелочей, о которых не расскажут в «учебке», но без которых нельзя победить в дуэли. Наши ставили себя на место немца и думали, где бы он выбрал позицию. Как правило, это были возвышенности, находящиеся в тени деревьев, причем, лучше всего было стрелять, когда солнце слепит врага. В городах он предпочитали крыши домов или верхние этажи.

Именно поэтому царившая среди советских стрелков боевая дружба, безусловно, сыграла главную роль в победе наших снайперов в противоборствах с немецкими асами стрельбы.

В Вермахте, напротив, в значительной степени преобладал дух индивидуализма и собственной значимости. Спросить у товарища, почему русские стреляют метче, считалось зазорным и даже вредным идеологии превосходства арийской нации над «варварским народом». В то же время немецкие стрелки в письмах домой жаловались на выделенных им помощников. Мол, без денег они формально относились к приказам по подготовке снайперских позиций. Имелись даже расценки – 50 рейхмарок, которые приходилось платить, чтобы «всё было сделано, как надо». Снайпер Николай Ильин однажды прочел в дневнике убитого немецкого снайпера следующую запись: «Ефрейтор … изображал, что ничего не понимает в моей схеме. Тогда я дал ему пятьдесят марок — сразу стал сообразительным». Об этом Ильин поведал писателю Наумову. Таким образом, дух немецкого практицизма, когда за все надо платить, был неистребим даже на войне.

В целом в немецких мемуарах метких стрелков крайне сложно встретить описания снайперских дуэлей. Например, некий кавалер Железного Креста альпийский стрелок Йозеф Оллерберг, на счету которого 257 убитых советских солдат, признался, что русские имели преимущество именно за счет командного духа, тогда как фашистам в большинстве случаев приходилось «работать в одиночку». Поэтому немцы избегали дуэлей, предпочитая мощный артобстрел для подавления наших стрелков. Преимущества русских снайперов Йозеф Оллерберг оправдывал еще и тем, что красноармейцев обеспечивали лучшими в мире снайперскими винтовками, заполучить которые мечтали все немецкие стрелки. Кстати, этот мемуарист признался, что написал свои воспоминания под вымышленным именем, поскольку совершал преступления против гражданского населения. При этом редакция гарантировала, что все остальное в книге альпийского стрелка – правда.

Что характерно, Оллерберг большую часть времени провоевал с трофейной русской снайперской виновкой.

И это не случайность, а скорее правило. Он встречал и других снайперов – у них были русские винтовки. Немец жалуется, что немецких винтовок/оптики явно не хватало, официальные инструкции по снайперскому делу в войсках появились только в 43-ем году, учиться было не у кого. Для нужд войск приходилось массово собирать по всей Германии охотничьи винтовки и пользоваться трофейными русскими.

Интересна сама история, как он стал «супер-снайпером». В учебке он получил специальность пулеметчика и попал под Сталинград. Там в течение пары дней боев увидел, что ему как пулеметчику не прожить даже нескольких дней – пристрелит русский снайпер. А вдруг ему так удачно руку осколком поцарапало и он получил неделю на выздоровление. В тылу Оллербергу подвернулась русская винтовка, он потренировался с ней с недельку и вернулся на передовую уже типа снайпером. Это оказалось в его подразделении очень кстати и его тут же задействовали в новом качестве. Дальше он сам учился всему.

Ближе к концу войны автор таки съездил в снайперскую школу подучиться – так им крутили русский учебный фильм по снайперскому искусству с немецкими субтитрами. Там же ему дали и немецкую винтовку наконец – но никаких особых восторгов он по поводу нее не испытывал. Разве что оптика порадовала.

Еще немец говорит, что дистанции, на которых ему приходилось работать – 100-200-300 метров. Самый дальний выстрел, который он сделал – через реку, убив загорающего русского – 600 метров. Этот случай он описывает особо, как уникальный.

А что наши?

Наши же снайперы в мемуарах пишут о дистанциях 400-500-600 метров как обычных для выстрела. Для Зайцева дистанция 500 метров явно не является рекордной, иногда он упоминает 800 метров… Нокомонов – вообще о километре говорит.

Немцы как правило работали в одиночку, либо с наблюдателями в лучшем случае. Наши же орудовали снайперскими парами, группами. Иногда на позиции выходил целый снайперский взвод и выбивал немцев на своем участке сотнями, если те пытались атаковать. Даже два снайпера работают вместе намного эффективнее, чем по отдельности – это подчеркивают и наши и немец. Он очень жалеет, что у него не было напарника. И как о кошмаре говорит, что у русских бывают чуть ли не роты снайперов.

Немец явно старательно избегал снайперских дуэлей. В целой книге он упоминает от силы пару случаев. В то время как наши пишут очень много о них. Видимо, те немецкие снайперы, что участвовали в дуэлях, уже не смогли написать мемуаров.

Еще одна интересная деталь из книжки немецкого снайпера:

в Вермахте штатным тонизирующим средством был «первитин». Да-да, немцы ходили в атаку под экстэзи. Фельдшер раздавал им перед боем по одной пилюльке. Как они справлялись с неизбежной последующей депрессией – непонятно. Не удивительно, что такая стимуляция стала еще одной каплей в огромном котле причин их поражения в войне.

Советские меткие стрелки всегда относились к германским снайперам как к профессионалам. Поэтому тщательно готовились к дуэлям, стараясь выиграть за счет смекалки. Вспоминая об одной такой «встрече» Федор Охлопков писал, что «настоящий враг – это фашистский снайпер, которого он поджидает уже четвертый день». Дело в том, что немецкая снайперская школа учила, в том числе и тому, как покинуть позицию. Как правило, для этого совершались короткие и быстрые перебежками «зигзагом». Считалось, что с расстояния 200-300 метров попасть в такую мишень практически невозможно. Наши снайперы называли эту тактику «драпаньем по-заячьи» и не раз опровергали это утверждение.

А вот затаившийся немецкий снайпер, который сутками не выдавал своей позиции, и в самом деле, представлял смертельную опасность. Для того, чтобы его обнаружить, Охлопков и его напарник Ганьшин изготовили самое настоящее шагающее чучело в маскхалате с шапкой. «…Когда чучело, приводимое в движение Ганьшиным с помощью веревки по натянутой проволоке, стало «идти, нагнувшись», тот (немецкий снайпер) высунулся почти на полголовы. Федор тут, про себя проговорив «кого на мушку хочешь взять», нажал на курок. Фашист, неестественно вскинув руку, опрокинулся вниз». Уникальной дуэлью называют и бой Ахата Ахметьянова, о котором написали статью «Поединок снайперов» в «Красной Звезде» № 305 от 26 декабря 1943 года. Ахметьянов метким выстрелом взорвал мину 82-мм миномёта, которую заранее зарыл рядом с возможной позицией немецкого снайпера.

Терпение – третье оружие русских снайперов

Об одной снайперской схватке Голливуд даже поставил фильм «Враг у ворот», в котором нашего стрелка играл Джуд Лоу. Речь идет, конечно, о сражении южноуралца Василия Зайцева и руководителя берлинской школы снайперов майора Кёнингса в Сталинграде. Противоборство длилось четверо суток, в течение которых дуэлянты испытывали друг друга на терпение. Первыми нервы сдали у немецкого чемпиона Европы по стрельбе, когда он машинально выстрелил в приподнятую напарником Зайцева каску, а затем еще и выглянул из укрытия, чтобы удостоверится в своей победе. За эту неосторожность фашист был убит точным выстрелом красноармейца. О том, что терпение и выдержка являлась третьим оружием советских снайперов, вспоминали все знаменитые наши стрелки: Сурков, Николаев, Сидоренко, Кульбертинов и другие.

Двадцать лучших русских снайперов истребили в сумме не меньше 10 000 немцев.

Источник

http://cont.ws/post/216659