ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ НА НЕДРА, КАК ПРИЧИНА РАСЦВЕТА И УПАДКА СЛАНЦЕВОЙ ЭПОПЕИ

США и Канада отличаются от других стран тем, что здесь наиболее распространена частная собственность на недра и подземные ископаемые. Они всецело принадлежат владельцу земельного участка. По закону он имеет т. н. минеральные права (право распоряжаться всем, что находится под землей), которые продаются и покупаются. Стоимость минеральных прав на месторождениях сланцевой нефти обычно составляла $6-8 тыс. за акр (0,4 га), но в пору ажиотажа доходила до $20 тыс. за акр. Такое законодательство имеет свои плюсы и минусы.

Большой плюс заключается в том, что ничто не мешает быстрому разбуриванию нефтяных месторождений. Никаких запретов и бюрократических процедур практически нет. Имея толстый кошелек, можно купить право на добычу оптом или в розницу, для этого достаточно сторговаться с владельцем земли.

Другой плюс состоят в том, что функционирует РЫНОК минеральных прав, который формирует и цены на них. Рынок этот регулируется только законодательством. Никакое ведомство не может влиять на сделки на этом рынке, следовательно, минеральные права можно не только купить-продать, но и дать в залог под полученные кредиты. Это создает прекрасные условия для бизнеса.

А поскольку обогащение на халяву в США издавна является мечтой миллионов, не удивительно, что территория еще 50 лет назад была разбурена искателями нефти вдоль и поперек. И все крупные месторождения были в рекордные сроки обустроены и вычерпаны. Сейчас из них добывают остатки, скважины подают в сутки несколько баррелей нефти при высокой обводненности.

Минусы частного владения недрами менее заметны, но тоже весомы. Первый из них в том, что рациональные технологии вытеснения нефти водой там невозможны. Когда на месторождении десятки и сотни операторов, каждый из них старается первым делом урвать нефть у соседа. Поэтому первые скважины бурим по границе своего участка, потом все задвижки – настежь, насосы – на максимальную глубину и так до полного истощения пласта. Ниже на рисунке показана карта забоев скважин на участке месторождения Баккен. Видно, что в левой верхней части плотность скважин выше. Хорошо это или плохо? Никто не знает, всем плевать, потому что хозяин – барин. Если плохо, хозяин прогорит.

Второй минус в том, что крупные месторождения лучше разрабатывать комплексно, при этом сокращаются затраты. Чтобы единая система трубопроводов обеспечивала сбор нефти, несколько установок – отделение газа и воды, чтобы вовремя были построены газопроводы и нашлись на газ покупатели. Даже для крупнейших гигантов можно разработать такой план освоения. На Самотлорском месторождении, например, было запроектировано 6 очередей обустройства, каждая по несколько тысяч скважин. И два газоперерабатывающих завода там построили, и крупнейшие в стране нефтепарки, и магистральные трубопроводы. Потому что у Самотлора был ОДИН ХОЗЯИН.

Один хозяин не станет тащить на месторождение 260 буровых станков, как на американском Eagle Ford (это, между прочим, почти 10 % мировых мощностей). Он понимает, что в начале работ дефицитные буровики сдерут с него три шкуры. А если этот хозяин – государство, то оно подумает и о том, куда девать безработных, когда потребность в бурении сократится. И о возможном перепроизводстве нефти с неизбежным падением цен хозяин побеспокоится, потому что регулирование добычи полностью в его компетенции.

И хотя талдычат нам запойные рыночники, что всесильная рука рынка все расставит по своим местам, реально в горнодобывающей отрасли этого и близко нет. Потому мировой монополист компания «Де Бирс» уже более ста лет управляет мировым рынком алмазов, ограничивая их производство. Без этого рынок рухнет..

Третий минус вроде бы и малозаметный, но порой приводит к огромным убыткам. Это проблемы с охраной природы. Надо сказать, что экологический контроль в США (и в Канаде тоже) налажен четко; будьте уверены, если у нефтяника порвалась труба, он летит ликвидировать последствия, как горный козел на свидание с зазнобой. Ибо при задержке владелец земли или сосед с удовольствием донесут на него в инстанции, и тогда он крупным штрафом может не отделаться. Но это, когда нарушения на виду. Впрочем, и тут есть проблемы.

Для освоения одной скважины сланцевого пласта используется 40-50 единиц тяжелой техники, до 10 тыс. тонн воды, до 1,5 тыс. кубов песка. А поскольку скважины отстоят друг от друга на 0,5-1 км, то армады тяжелых траков, курсирующие по местным дорогам, легко превращают их в месиво. Спрашивается, кому предъявлять иски за убытки? Нефтяникам, хозяевам скважин? Их там добрый десяток. Подрядчикам, хозяевам техники? Их еще больше. Поэтому иски предъявляют местным властям, которые вроде бы должны этот процесс хоть как-то контролировать. Судьба таких исков мне неизвестна, но только в Техасе ущерб дорогам оценивался в $3,5 млрд.

Хуже, когда брак буровиков скрыт от глаз под землей, а если за год бурятся тысячи скважин, то обойтись без брака просто невозможно. И вот по дырявой обсадной колонне газ поступает в артезианский водоносный пласт, а оттуда с водой – прямо на кухню ошалевшего фермера. Но и это еще пустяки, колонну зацементируют, газ из пласта стравят. А вот если в водоносный пласт будет утекать нефть, то для очистки воды придется промывать этот горизонт 30-50 лет. Был я на таком предприятии в Пенсильвании.

Самые страшные последствия добычи нефти – сейсмические. Не опасные, а именно страшные, потому что реальной опасности их мы пока еще не знаем. Разумеется, несколько скважин для огромной массы горных пород никакой опасности не представляют; проблема появляется, когда счет скважинам пойдет на тысячи.

Добыча нефти в Грозненском районе началась 120 лет назад, и в середине прошлого века верхние пласты были уже безжалостно выработаны. Давление на глубинах 100-400 м упало до атмосферного, чтобы откачать остатки нефти, приходилось бурить ниже продуктивного пласта этакий колодец, в который стекала нефть, и оттуда уже брать ее насосом. Но природа пустоты не терпит, стремится ее заполнить, поэтому в двух грозненских районах начались подвижки пород, техногенные землетрясения магнитудой в 2-3 балла. В аккурат над двумя выработанными месторождениями. Особых разрушений эти землетрясения не приносили, люди к ним привыкли. Но где-то они вызвали оползень, в другом месте дом потрескался от движения фундамента, где-то родники иссякли. И уже не вернуть их.

Точно так же безжалостно добываются нефть и газ на сланцевых месторождениях. Так же снижается там пластовое давление в тысячах скважин. Но чтобы началась просадка пород, нужны десятилетия, эти сюрпризы еще впереди. А пока предприимчивые частники организовали себе более актуальную проблему путем закачки в подземные горизонты отработанных вод после гидроразрыва пласта.

Воды эти содержат химические реагенты, не то чтобы очень токсичные, но все же в придорожный кювет не сбросишь. Можно, конечно, эти воды очистить, но влетит в копеечку. Их и стали качать в глубокие подземные пласты «для захоронения». Объем таких вод в целом по стране составляет СОТНИ миллионов тонн, и сколько туда закачаешь – ровно на столько поднимутся вышележащие породы. Читатель может не поверить, но НИКТО об этом не подумал. Потому что ни одна контролирующая инстанция не рассматривала последствия освоения сланцев В ЦЕЛОМ. Не было на такую работу заказчика, а были сотни малых компаний, одуревших от запаха будущих доходов.

В результате в штате Оклахома количество землетрясений выросло в 25 раз, в Техасе их число достигло 18 в месяц, а в целом по стране увеличилось в 10 раз. Сейчас, с опозданием на 6-7 лет, эти вопросы стали хоть как-то изучать, но университетская наука выдает обтекаемые заключения, и виноватых нет, и что дальше делать, неясно. А пока власти штатов Арканзас, Нью-Йорк и Калифорния гидроразрыв пласта запретили.

В качестве резюме скажу вот что. Времена золотоискателей Клондайка и нефтяных королей Техаса, увы, закончились. Масштабы горного дела нынче таковы, что требуют огромных денег и строжайшего контроля государства. И если кто-то Вам будет доказывать, что малый нефтяной бизнес осчастливит Россию и горы свернет, улыбнитесь и спросите хитреца, где мы будем с собаками искать этот бизнес, когда придется горы на место ставить…

Прочие новости – кратко.

В Кувейте случилась очень лояльная забастовка нефтяников, продлившаяся всего три дня. Убедившись, что нефтяные цены настроились на рост, стороны дружно решили отложить переговоры на более позднее время и приступили к работе. Уж не глава ли компании был инициатором такой полезной забастовки?

По оценкам американского агентства энергетики EIA, объем финансовых потерь, понесенных 40 крупнейшими американскими нефтяными компаниями в 2015 г., составил $67 млрд. При этом у 18 компаний убытки превысили размеры их собственного капитала. Либо они найдут новые заемные деньги, либо обанкротятся.

Редкая авария произошла в Австралии: газовый грифон (неконтролируемое газопроявление) обнаружился на дне небольшой реки. Здесь ведется добыча газа угольных пластов; прорыв газа наверх, вероятно, произошел от слабого цементирования и проведенного гидроразрыва. Но языки пламени на текущей воде выглядят очень эффектно.

Газета Wall Street Journal с присущим ей апломбом сообщила, что первый танкер со сжиженным природным газом отправился из Луизианы в Португалию. По мнению анонимных аналитиков, газ из США может вызвать ценовую войну с Газпромом, которая, в свою очередь, приведет к снижению цен для европейских потребителей.

Полгода мы слышим это бахвальство, а еще ни один газовоз до Европы не дошел. Тот, что анонсирован сейчас, привезет не более 150 млн кубов, это 0,03% европейской потребности. К тому же в Португалию российский газ не поступает, так что «конкурировать» американцам придется с Алжиром или Нидерландами.

Окружной суд Гааги отменил решение о выплате Россией в пользу экс-акционеров “ЮКОСа” компенсации в размере $50 млрд. Вот уж не ожидал, что голландцы вынесут вердикт по справедливости, а не по принципу двойных стандартов… Теперь на территории Нидерландов Россия может это решение не исполнять. Тот же путь придется пройти и в других странах. Впрочем, Роскосмос уже успешно опротестовал во французском суде арест своих денег в пользу ЮКОСовского жулья. Так что нервы потрепать оно еще может, а вот получить хоть копейку – вряд ли.

Лондонский суд арестовал активы украинского миллиардера Коломойского в обеспечение иска к нему российской Татнефти на сумму $380 млн. Это взыскание старого долга, с 2009 года; вместе Коломойским ответчиками по делу являются три его партнера по бизнесу.

Котировки нефти Brent в понедельник, после неудачной встречи экспортеров в Дохе, ожидаемо упали до $40,1 но затем уже неожиданно пошли в рост и превысили $46; закрытие прошло по $45,14. Я уже писал: сейчас фактические цифры добычи важнее любых разговоров. А добыча в США по оперативным данным опять уменьшилась (на 24 тыс. барр./сут) до 8,953 млн барр./сут.

Коммерческие запасы нефти в США за неделю выросли на 2,1 млн барр. недельный импорт увеличился на 1,7 млн барр. Запасы бензина сократились на 0,2 млн барр., дизеля – на 3,6 млн барр. Число работающих буровых станков в Канаде не изменилось (40 шт., больше сокращать некуда), а в США уменьшилось на 9 единиц до 431 шт.

Произошедший рост нефтяных цен кажется мне несколько поспешным, поэтому до конца апреля я жду коррекцию к уровню $42,5 и вообще трудно предсказуемых колебаний. А штурмовать уровень $50 цены будут уже в мае.

http://cont.ws/post/256452