Российские политические деятели высказывают все новые идеи для ускорения деофшоризации экономики, но борьба за возврат капиталов ведется только на словах. Этот тезис подтверждает, в первую очередь, отсутствие работающего проекта по деофшоризации. Правительство отказывается от перехода на мобилизационную экономику, ужесточение валютного регулирования и по-прежнему не трогает активы ведущих олигархов, полученные за копейки во время повальной приватизации. А между тем ресурсы для поддержания реального сектора экономики и развития стратегических ее направлений на исходе: ФНБ практически распределен, а отлаженная схема привлечения дешевых займов из-за рубежа больше не работает. Все предлагаемые меры – максимально щадящие для эмигрировавшего бизнеса, но даже они не получают одобрения в кабинетах министерств. Что уж говорить о реальной деофшоризации, которая может не просто обидеть дружественных власти олигархов, но и оставить их без имущества.

Депутат Госдумы от “Справедливой России” Михаил Сердюк внес предложение об амнистии капиталов, выведенных в офшоры. В случае, если бизнесмены добровольно вернут деньги в страну, они будут легализованы без лишних вопросов, налогов и сборов. Исключение – доходы от продажи наркотиков и средства, полученные в результате совершения тяжких преступлений. Именно на примере сбежавших преступников можно довольно просто объяснить неэффективность таких мер. Если уголовник сбежал в Израиль – страну, которая не выдает своих граждан, есть ли смысл предлагать ему вернуться в Россию для последующей амнистии?
Капиталы, находящиеся в офшорах, юридически выведены из страны и не регулируются российскими законами, объясняет директор Института проблем глобализации Михаил Делягин.

“Если капитал выведен грамотно, то нет никаких оснований его преследовать. А капиталы, операции с которыми проведены неграмотно, как правило, выводились не для последующего реинвестирования в России, а для того, чтобы в страну больше не возвращаться. Для кого тогда амнистия?” – задается вопросом Михаил Делягин.

Проект депутата касается денег, уже потерянных российской экономикой. Для спекулянтов, которые только готовятся внести свой вклад в поток утекающих средств (а это порядка $100 млрд в год), неприятный сюрприз приготовил советник президента Сергей Глазьев. Он задумался об ужесточении финансового контроля капиталов и предложил ввести налог на вывоз средств. Это тот самый механизм ужесточения финансового контроля, о котором неоднократно говорили экономисты. Но не успели эксперты просчитать эффект от контроля за движением капиталов, как президент России Владимир Путин порушил надежду на новый инструмент обуздания жадности олигархов и поддержания курса рубля.

“Мы не планируем вводить какие-либо валютные ограничения или ограничения по движению капитала“, – сказал президент России Владимир Путин, выступая на форуме “ВТБ Капитала” в Москве. Он добавил, что у Центробанка достаточно инструментов для обеспечения финансовой устойчивости.

Что ж, головокружительное падение курса рубля и обновление исторических максимумов евро и доллара по отношению к российской валюте наглядно подтверждает, как мастерски Центробанк справляется со своей работой. Независимый экономист Владислав Жуковский отмечает, что на форуме ВТБ спикеры российского правительства сделали магистральные заявления о неприкосновенности двух “священных коров”: частной собственности и капиталов.

“Под частной собственностью понимается совсем не малый и средний бизнес – его душат повышением налогов, тотальным секвестром бюджета и повышением процентных ставок. Неприкосновенность олигархической собственности – вот что имеют в виду чиновники. Не будет пересмотров ни приватизации, ни кредитно-залоговых аукционов. Второе, о чем говорили последователи школы квазилиберальных реформаторов – это недопустимость ужесточения контроля за капиталом, отказ от возрождения минимально необходимого регулирования и контроля. Когда об этом сказала глава Центробанка Эльвира Набиуллина, она сорвала аплодисменты. В странах со слабой экономической устойчивостью и низким уровнем квалификации чиновников, к коим относится Россия, нужно вводить валютное регулирование и контроль, так как рыночная неэффективность приводит к разрушению финансовой структуры экономики. Кризисные годы показали, что те страны, которые ввели финансовое регулирование и контроль, грамотно его провели и создали стимулы для производительных инвестиций, поддержки малого и среднего бизнеса и защиты национальных инвесторов – оказались в выигрыше. Экономика при таких действиях восстанавливается“, – рассказал Владислав Жуковский Накануне.RU.

Ограничения по движению спекулятивного капитала существуют в странах АТР, в том же Китае, экономика которого растет быстрее других стран. Незаконный вывод средств блокировался и в не бедствовавшем Советском Союзе. Но обратить внимание на опыт прошлого или более успешных стран российские чиновники-экономисты не хотят, не подвигает на этот шаг даже удручающая статистика: за последние 25 лет из России было вывезено $2-2,5 трлн, что составляет 120% ВВП страны.

Линию кабмина еще раньше, на сочинском инвестиционном форуме, определил председатель российского правительства Дмитрий Медведев, сказав, что у страны нет предпосылок для перехода к мобилизационной экономике. Мобилизация в первую очередь коснется вопросов собственности, будет необходима национализация в стратегических отраслях. Но вопрос об этом так и не поднят, ровно как и не проводится добросовестная деофшоризация.

Оба процесса связаны, так как в России в офшоры выводятся не столько капиталы, сколько право собственности, конечных бенефициаров крупных заводов и промышленных предприятий порой невозможно вычислить. Если правительство действительно захочет вернуть имущество из офшоров в страну, будет достаточно пригрозить национализацией всех активов.

“Любой актив, права собственности на который не будут возвращены в Россию из офшора, в течение полугода, признается бесхозным и бесплатно конфискуется в пользу государства – вот законопроект, который должен появиться. Если вы иностранная компания – оформляйте актив на себя и платите налоги по законам своей страны, но из офшоров имущество должно быть выведено. Изменение структуры собственности – сложная процедура, специалисты в области корпоративного права должны решить, какой срок нужен компаниям. Но перерегистрация должна занять не больше года“, – поделился с Накануне.RU Михаил Делягин.

По его мнению, бизнес может позволить себе оплатить расходы на перерегистрацию, учитывая те суммы налогов, которые они недоплатили в российский бюджет.

Секвестирования бюджета могло бы и не быть, если бы в Россию были возвращены гигантские холдинги российских олигархов из первых строчек списка Forbes. Это налоговая база, которую теряет бюджет. По самому оптимистичному сценарию российский ВВП не поднимется выше 1%, даже с учетом траты средств ФНБ на инфраструктурные проекты. Поэтому государство уже стоит на распутье: нажить 20 врагов в лице олигархов или 140 миллионов – в лице граждан собственной страны.

Если бизнес поставить в жесткие условия – перерегистрация или национализация, то ни один бизнесмен не отдаст бесплатно свои активы, отмечают эксперты. И государство одним законопроектом убьет двух зайцев: повысит налогооблагаемую базу и получит возможность вести переговоры с бизнесом в правовом поле.

“Норильский никель – это российское предприятие или нет? Юридически оно отношения к России не имеет. “Альфа-банк” вроде бы российский, но, насколько можно судить по структуре “Альфа Групп”, из России он только получает прибыль. Все знают, что Пикалево (“Базэлцемент-Пикалево, – прим. Накануне.RU) принадлежит Дерипаске, но юридически если все выведено в офшор, он может не иметь к этому Пикалево никакого отношения. Поэтому дискуссия о судьбе Пикалево обречена вестись не по закону, а по понятиям и быть юридически некорректной. Государство оказывается в ситуации, когда оно ведет себя незаконным образом, вступая с ним (бизнесом, – прим. Накануне.RU) в переговоры, получается, что оно несильно отличается от бандитов. Перерегистрация компаний станет шагом к правовому государству”, – объясняет Делягин.

При этом, государство должно не только вернуть предприятия и капиталы, но и создать условия для их эффективной работы в стране. Дорогие кредиты, высокие налоги – от этого уже страдают все компании с российской пропиской. Каково будет тем, кто вернется из “налогового рая”? Поэтому параллельно правительству необходимо думать о налоговых стимулах и тарифной политике в отношении стратегических активов, считает Жуковский.

“Необходимо замораживать и снижать тарифы естественных монополий для стратегически важных предприятий. Должно быть понимание, какие отрасли являются приоритетными. Они складываются в новейший технологический уклад, куда мы должны максимально быстро и успешно войти, а затем наращивать инвестиции темпами в три-пять раз быстрее, чем в других отраслях экономики. Только тогда мы можем выйти на передовые рубежи научно-технического прогресса и развить реальный сектор. Без государства этих целей достичь невозможно“, – говорит Жуковский.

Что же касается перераспределения капиталов внутри российской экономики, то это направление тоже должно контролировать государство. В рыночных условиях предпринимателям выгодно вкладывать в высокорентабельные ресторанно-гостиничный, финансовый и нефтегазовый сектора. Однако инвестиций требует инфраструктура и отрасли, связанные с развитием инновационного и научно-технического потенциала, куда сейчас вкладываются деньги из ФНБ.