Преемственность власти, преемственность истории – основа существования и развития России

Как передать власть, не разрушив страну?

В так называемой “демократической традиции”, общепринятой в “странах либеральной демократии”, “лидеры государств” являются актерами, говорящими головами, не имеющими никакого влияния на политику реальную. То что и как они говорят практически ничего не значит. Также, как ничего не значит то, что с ними произойдет. Они выполняют лишь функцию пресс-секретарей или “секретарш”, озвучивающих принятые решения.

В России традиционно существует система, при которой руководитель страны, как бы он не назывался, принимает реальные решения, а не является марионеткой, которую дергают за ниточки руководители. Были исключения, которые лишь подтверждают правило.

В связи с этим необходимо обеспечение преемственности власти и преемственности истории.

Преемственность власти, преемственность истории - основа существования и развития РоссииИ здесь речь идёт не о том, что страну должен возглавлять не один тот или иной человек, династия или семья максимальное время, ни о том что власть должна передаваться по наследству, по блату или “своему ” человеку, а о преемственности курса развития страны, преемственности истории, о передаче власти без потрясений с дальнейшим развитием страны. А такая преемственность может быть обеспечена лишь стабильностью государства. Наличием в стране национальных элит, способных выдвинуть достойного лидера. Иначе очередные “демократические выборы” могут подсунуть людям такого “кота в мешке”, который сможет уничтожить все то, что было создано его предшественником. Но это не значит, что выборы как таковые не нужны. Выборы нужны для выдвижения достойных, из которых уже выбирается самый достойный.

Президент РФ в июле 2012 года, выступая перед участниками молодежного форума «Селигер», говорил о сохранении преемственности власти в России, а также ротации кадров, что это необходимый инструмент для поступательного и стабильного развития страны.

«Конечно, можно вообще всех зачистить, но есть такое понятие, как преемственность. Для развивающейся страны, для страны с развивающейся демократией, для такой страны, как Россия – это очень важно», – подчеркнул глава государства в ходе своего выступления перед участниками молодежного форума «Селигер-2012« во вторник, 31 июля 2012 года.

Путин считает, что необходимо «оставлять все самое лучшее, не разрушать до основания».

«У нас это уже было в 1917 году, и что из этого получилось, мы знаем»,– констатровал он.

Россия, по мнению президента, должна развиваться «поступательно, спокойно».

«С необходимой ротацией нужно идти вперед. Мы так и будем поступать», – приводит слова Путина «Интерфакс».

И в этом Путин прав, так как ранее в истории Руси-Российской Империи не было поношения предыдущих царей и князей. Хоть были и государственные перевороты, убийства князей и царей, что сказалось не лучшим образом на истории Руси-Российской Империи. И ещё не известно как пошла бы история Руси-Российской Империи, если бы не было этих переворотов и убийств. Но одно ясно, что из-за преемственности власти за 1000 лет было всего 2 династии. А вот сам СССР начался именно с поношения всего предыдущего. Поэтому он и прожил всего 70 лет, где ни один из правителей не имел по сути связи с предыдущим. Этакие проходимцы на короткий срок, по сути только 1 Сталин был не проходимец по сути.

Термин преемственность можно охарактеризовать, как связь между явлениями в процессе развития и становления, когда новое, заменяя старое, сохраняет в себе некоторые его элементы. Историческая преемственность обозначает передачу и усвоение социальных, культурных ценностей от поколения к поколению, от формации к формации, обозначает так же всю совокупность действия традиций.

В истории, преемственность сыграла огромное значение. Перенятие опыта предшественников с целью создания более практичного и справедливого государства – основной принцип преемственности.

Важнейшим моментом является правильная оценка правителем государственной деятельности своих предшественников и сделать соответствующие выводы и коррективы в государственную политику, т.е. убрать отжившие свое, неэффективные элементы государственного управления, аппарата управления государством.

Говорить о традициях преемственности (или как нынче принято говорить – «транзита») власти в России несколько странно. Лаконичнее, и наверное, – лучше всего о русских междуцарствиях сказал Александр Блок:

– Всё ли спокойно в народе?
– Нет. Император убит.
Кто-то о новой свободе
На площадях говорит.

Заметим, что написано это было в 1903 году, еще до первой русской революции.

Вполне возможно, что в политической системе, которая сложится при неформальном лидерстве Путина, глава государства и не будет играть первенствующую роль.

Как правило, новая свобода начиналась с развенчания прежнего «отца народа», который обычно называли либо тираном, либо игрушкой в руках темных сил. В крупномасштабных случаях объявлялась анафема всему старому режиму – будь то «кровавый царизм» или «тоталитарная коммунистическая диктатура».

Нынешний «транзит власти», казалось бы, станет исключением из правил. Возможно, дело в том, что в данном случае передачи власти, как таковой, не произойдет. Владимир Путин скорее всего в любом случае останется реальным decision-maker’ом – субъектом государственной политики и подлинным центром власти.

Институт преемственности и преемника слабое место российской политической системы на протяжении веков. Никому вообще в истории не удалось передать власть и сохранить прежний курс развития страны, ни царю, ни генсеку, ни Сталину. И вот сейчас в России Путин пытается выстроить систему передачи власти и систему преемственности политического курса.

“Отдайте всё…”

Я хотел начать чуть-чуть с более раннего периода истории России. Потому что там произошло очень важное и очень наглядное событие. Преемственность власти была прервана. И после этого получилась Смута. Я имею в виду смерть Бориса Годунова, дальнейшее воцарение лже-Дмитрия, появление Василия Шуйского. Это мы все знаем, 4 ноября теперь празднуем День национального единства. Когда удалось поляков выгнать из Кремля и более-менее восстановить суверенитет России. После этого выборы нового царя. Но это уже другая история. Преемственность власти была нарушена, и немедленно началась на Руси смута, которая поставила под вопрос существование самого государства. Дальше уже в зависимости от подлости и патриотизма разные граждане и подданные России того времени вели себя. Семибоярщина старалась пригласить иностранных оккупантов, то шведского королевича, то польского. И посадить его на престол. Патриоты, которые были ступенькой ниже, – и Пожарский, и Минин, – собрали ополчение. И в итоге смогли спасти государство. Уже мы видим самый главный постулат. Как эта проблема в передачи власти в России привела к катастрофе.

Далее появилась династия Романовых. Передача власти происходила, как и положено в монархическом государстве, от отца к сыну. Все это продолжалось, продолжалось. Пока опять не началась некая проблема. У Петра I был родной брат Иоанн, который был умственно неполноценным. И еще была царица Софья. И после того, как не удалось какого-то наследника получить в единственном числе, там получилось практически троецарствие. Когда были объявлены царями оба малолетних царевича, а царица Софья назначена опекуншей. Фактически рулила она. И внутри государства началась опять смута, начались интриги. Стрелецкое восстание спровоцировали для того, чтобы убить хотя бы малолетнего Петра. Это отложило отпечаток на характер и на его отношение ко многим событиям. Он хотя бы потому не любил русское войско в то время, стрельцов, что они его чуть не убили. Опять видим – вот какая-то неурядица, непонятно, кто главный. И начинаются большие проблемы. В этот момент в России никакого движения вперед не происходило. Она не смогла решить вопрос завоевания Крыма. Был неудачный поход во время того, как Софья руководила. Государство начинало деградировать.

Петр I стал единоличным правителем. И сразу же сильный рывок вперед. Безусловно, это, конечно, зависело от его личностных качеств и так далее. Но тем не менее, это факт. Мы сейчас не будем говорить, какой ценой и как. Мы сейчас не будем личность Петра обсуждать. Но это факт, что как только у руля встал один человек, государство резко двинуло вперед.

Если окинуть беглым взглядом последние три века русской истории, то можно увидеть, что даже во времена романовской монархии можно было говорить о наследниках, но не о «продолжателях дела». Да и с передачей власти по наследству не все было гладко. Так, XVIII век триста лет спустя воспринимается как эпоха дворцовых переворотов. Радикальный «вестернизатор» Петр I, порвавший с предшествующими политическими и культурными традициями Московской Руси, как известно, так и не смог найти достойного преемника.

И вот тут Петр совершил очень серьезную ошибку. Исходя из своих конъюнктурных необходимостей единолично проводить волю и назначать наследника, он изменил принцип престолонаследия, который идет с незапамятных времен. Он издал указ о том, что наследник не обязательно должен быть его потомком по мужской линии, а тот, кого он назначит. В итоге Петр так никого и не назначил. После чего он умер. Я думаю, он был отравлен. И именно этим объясняется то, что он просто не успел сделать какое-то серьезное завещание.

Так же известен исторический анекдот о том, как император уже на смертном одре пытался составить завещание, – написал «Отдайте всё…», но так и не смог закончить фразу. В дальнейшем вопрос о том, кому же отдать всё, решался кем угодно: временщиками, «Верховным тайным советом», гвардейскими офицерами, – но только не железными законами престолонаследия.

После чего опять некий период междуцарствия. И царицей становится его супруга Екатерина I, которая, конечно же, не обладала какими-то государственными навыками, потому что была простой женой латвийского, шведского кирасира. Кухарка не смогла управлять государством.

Но она была выдвинута определенными кругами. Опять начались интриги, в которых люди думали больше о своих интересах, а не об интересах страны. Опять начинается некая деградация государства.

Серьезная деградация. Потому что после Петра Россия только встала первый раз с колен. И в этот момент…

Дальше идет целая цепь дворцовых переворотов, в результате которых опять Россия не двигалась вперед и не продолжала начатое Петром укрепление государства, его расширение во всех сферах. Собственно говоря, этот период дворцовых переворотов по большому счету закончился с воцарением Екатерины II. Опять женщины. Путем государственного переворота. Но в данном случае России повезло. И у руля нашей страны встала государственно мыслящая женщина, несмотря на то, что она была простой немецкой принцессой. Я не думаю, что там было очень уж углубленное изучение истории и политики, когда она была молодой девушкой и проживала у папы. Но здравый смысл был.

Промежуток от Петра I до Екатерины II – это период застоя, если не движения назад. и только с Екатерины II – опять движение вперед. Опять единоличный правитель. Блестящая плеяда полководцев, государственных деятелей. Пусть она их выбирала неким специфическим способом, некоторых из них. Например, фельдмаршала Суворова она все-таки выбирала по каким-то другим качествам. И Кутузов выдвинулся в это время тоже благодаря своим военным качествам. А вовсе не каким-то другим.

Множество иностранцев приезжало в то время в Россию. Они выходили на значимые посты именно благодаря провидческому дару Екатерины.

Можно приглашать иностранцев, ничего страшного нет. Приглашали немцев-колонистов. Это нормальная политика. Если государственно мыслящий руководитель все это делает в интересах государства, а не в ущерб государству. При Екатерине Россия делает очередное территориальное приобретение. Мы получаем Крым, мы становимся реально сверхдержавой в Европе. Но Екатерина II тоже совершает ошибку в престолонаследии. У нее был сын Павел, который, по идее, должен был стать императором. Но поскольку действовал тогда закон, который принял Петр I, Екатерина имела возможность назначать наследника – кого угодно. И она решила, что будет лучше, если императором станет ее внук Александр. Его и воспитывали так. Но это привело к тому, что ее сын считал себя, и вполне, согласитесь, имел на то основания, обойденным. Его фактически сослали в Гатчину, его не обучали государственным делам. Через его голову хотели назначить его сына. Это привело и к конфликту между отцом и сыном, и к конфликту между Екатериной и Павлом. Павел эту обиду транслировал на всю страну. Когда он пришел к власти, он выкосил все екатерининское.

В этот момент Екатерина умерла. И Павел становится императором. И внедряет на территории России филиал прусского царства. У него были тоже свои странности, но не будем его красить черной краской. Он тоже очень важные вещи понимал. Например, он стал главой Мальтийского ордена и попытался Мальту присоединить к России. Это был очень серьезный шаг, потому что мы получали оплот в Средиземном море. Именно поэтому тут же туда приплыли англичане, освободили Мальту от французов. Но как-то забыли нам ее передать, хотя мы были их союзниками. Павел совершил важнейший акт, за что его нужно уважать. Он вернул порядок престолонаследия к тому, как он был до Петра. То есть по мужской линии. Он отменил петровской указ. Наследование идет строго по мужской линии. Все стало понятно. Это та самая нестабильность, которая присутствовала даже в российской политической системе совсем недавно. Непонятность – кто будет дальше. Теперь все стало ясно. С Павла все стало ясно – будет старший сын. Дальше мы опять слышим эхо эпохи дворцовых переворотов, эпохи, когда не было единоначалия. Казалось бы, даже в ситуации, когда все ясно, оно нам аукнулось. Павел был в Петербурге.

Но в Гатчине сформировалось его мировоззрение, он элиту выпустил из-под контроля, элита стала недовольна и толкала наследника Александра на то, чтобы совершить то, что он совершил.

Павел в некотором смысле был рыцарем-идеалистом. Он вместе с англичанами боролся против богоборческого антимонархического режима во Франции. Но когда увидел, как австрийцы относятся к русскому солдату, вспомним хотя бы Суворова в Альпах, он не сам туда полез, его туда завели австрийцы, причем оставили без карт, без всего. Там жуткое предательство было. Слава богу, что наш фельдмаршал сумел с честью выйти из этой ситуации. Но это подорвало его здоровье. По возвращении он сразу умер. Павел его, конечно, успел наградить, чествовать, но Суворов после этого умирает. Так вот, Павел принимает решение поменять политику России на 180 градусов. Он заключает договор с Наполеоном и разрывает отношения с Австрией и Англией. И дальше он решает направить русские войска вместе с французскими в Индию. И тут же на английские деньги происходит заговор. Английский посол лорд Уитворт организует заговор, проплачивает эту гнилую элиту, которая убивает своего государя. На престол восходит Александр I. Единоначалие есть. Но есть зависимость от Великобритании. Потому что он пришел на престол благодаря смерти своего отца. Может быть, он был идеалистом и думал, что папу как-то изолируют, но не убьют. Мы этого не знаем.

И в итоге мы получаем государя, который ведет проанглийскую политику. Вместо того, чтобы с Наполеоном подружиться, Наполеон все время пытался это сделать, он воюет, воюет, воюет, пока не терпит определенные военные поражения. И Наполеон принуждает очень мягко Россию к миру. Это Тильзитский договор.

Дальше мы проходим череду наполеоновских войн стороной. Александр I – государь. Я не знаю, бог его покарал или что. У него были две дочки, которые обе умерли. У него не было наследника. Согласно тогдашнему законодательству образца Павла, образца исконных принципов монархии, следующим императором должен был бы стать следующий брат – Константин. Старшим был Александр, потом – Константин, младший – Николай. Николай никогда не думал, что он будет императором. Он учился на военного, занимался военной карьерой и никогда не думал о государственных дела.

Константин был тогда генерал-губернатором Польши. И женился на особе не царских кровей. То есть заключил морганатический брак. И автоматически потерял возможность стать императором. Там очень интересная ситуация. Он как бы потерял, но его почему-то не вычеркнули из этого списка. Он сам, что называется, подал заявление о том, что не хочет быть императором. Сообщил об этом Александру. И дальше мы видим удивительную вещь. Нарушается процедура передачи власти – и сразу начинаются проблемы. Александр знал о том, что Константин не будет царствовать, и он рассказал об этом Николаю, чтобы тот готовился, что называется. Но знали об этом они трое, больше никто. В итоге, когда Александр таинственным образом умер в Таганроге, а может быть не умер, а превратился в старца и отправился в Сибирь, по закону должен быть императором Константин. И его собираются короновать. Но он находится в Польше. И он не может ни позвонить, ни отправить телеграмму, ни по Интернету сообщить о том, что не хочет царствовать. А бумага Александра о том, что все это происходит, есть у Николая. Николай приносит эту бумагу генерал-губернатору Милорадовичу в Петербурге. Но тот почему-то не придает этому значения. И происходит страшная вещь. Все принимают присягу Константину. И первым должен принять эту присягу Николай, хотя он знает, что тот не хочет царствовать. Они соблюдали порядок, утвержденный Павлом.

Мы сейчас увидим, к чему это приведет. Николай принимает эту присягу. И тут приходит пакет он Константина о том, что Николай правду говорил, и Константин отрекается от престола. Нужно принимать новую присягу новому государю. И этим пытаются воспользоваться антигосударственные заговорщики. Опять же, на мой взгляд, безусловно, подталкиваемые из-за рубежа. Потому что они абсолютно не готовые пытаются сделать государственный переворот. На мой взгляд, конечно же, декабристы управлялись из-за рубежа. В этом у меня нет никаких сомнений. Просто один факт. В их программе, которую они собирались подписать у арестованного государя, был шестой пункт: роспуск русской армии. Представьте себе, военные собираются распустить армию. А дальше – все. Вопрос: военным это хорошо, если армию распустят? Плохо. А кому хорошо? А всем кругом будет хорошо, кроме России.

Манифест Трубецкого, пункт номер шесть: роспуск армии. Александр, Константин. Николай входит на престол. И в первый же день у него происходит государственный переворот. Ему приходится стрелять. Он очень долго не хотел. Приходится стрелять. Там более тысячи погибших. Опять единоначалие восстановлено, и Россия начинает двигаться вперед. Это был очень особенный государь. Его большевики и советские историки рисовали очень отрицательно. Представьте себе, царь один, без охраны, он был немножечко немец, пунктуальный, с утра уходит и проверял, как чиновники вовремя приходят на работу. Сидят ли они в присутственных местах. Говорят, что он был такой жесткий, Палкин. Никому и в голову не приходило на него покушение осуществлять. Он без охраны просто ходил по городу, как хотел. Это был последний русский царь, который мог это делать. Между прочим, Сталин тоже совершенно спокойно по Москве ходил без охраны. В 30-е годы ходил. С ним один белогвардеец столкнулся, чуть не застрелил, что называется.

Последняя попытка гвардейского переворота – декабристская «революция» 1825 года, как известно, закончилась крахом, и Николай I не разделил участь своего отца, убитого дворянами-заговорщиками.

Но и в XIX веке, когда порядок наследования был четким и ясным, не наблюдалось четкости и ясности в преемственности политического курса. На смену безудержному охранительству николаевских времен пришли половинчатые либеральные реформы Александра II. А уже их результаты во многом были сведены на нет контрреформами Александра III. Не было постоянства и во внешнеполитическом курсе. К примеру, Александр III, «царь-миротворец», оберегал империю от втягивания в европейские конфликты, и оставил после себя афоризм: «У России только два союзника – армия и флот». Его наследник Николай II, в угоду союзническим обязательствам перед Антантой, втянул Россию в 1-ю Мировую войну, потеряв в результате и корону, и империю.

Февраль и октябрь 1917 сняли сам вопрос о легитимной преемственности власти. «За ненадобностью».

Даже в советское время это все не проходило гладко. Начнем с нашего первого коммунистического вождя – Владимира Ленина, который олицетворял собой, являлся первым лидером советского государства.

Новая власть, Советская, также не выработала ничего похожего на механизм безболезненной ротации элит – речь, разумеется, идет не о формальных органах соввласти, а о руководстве ВКП(б)-КПСС. Вожди СССР либо сдавали руководящий пост одновременно с собственной смертью (Ленин и  «верные ленинцы» – Сталин, Брежнев, Андропов, Черненко), либо теряли его в результате аппаратных интриг. Как известно, ленинская гвардия в 30-х и Лаврентий Берия в 1953-м вместе с должностью расстались и с жизнью. В дальнейшем власть предержащие теряли власть более вегетарианским образом. Например, в 1957 г. анти-хрущевская «группа Маленкова, Кагановича, Молотова и примкнувшего к ним Шепилова» всего лишь лишилась всех постов, а в 1964 г. в такой же ситуации оказался и сам Хрущев.

Сторонник гуманных идей Михаил Горбачев разделил участь «Николая Кровавого» (правда, тоже в «гуманном» варианте) – какой смысл оставаться на посту главы государства, если самого государства больше нет? И его уход был простой сдачей государственной власти.

Не будем рассказывать порядок проведения Октябрьской революции. У нас цель – поговорить о преемственности власти. Поскольку власть – штука очень специфическая, то как бы не называлось государство, какой бы государственный строй не был, это всегда обставлено определенными ритуалами и всегда вызывает определенные сложности. Даже, казалось бы, среди единомышленников, ленинской гвардии, большевиков – как угодно. Что произошло в Советском Союзе? Безусловным лидером на тот момент был Ленин. Но надо сказать, что лидеров еще было два – очень ярких. Это Свердлов и Троцкий. Но Ленин сумел немножечко их отодвинуть в сторону и стать действительно главным авторитетом в большевистской верхушке. Кроме того, Свердлов умер при достаточно сомнительных обстоятельствах. Троцкий, к сожалению, не умер тогда, а продолжал руководить.

Троцкий занимался армией. Троцкий вообще был полномочным представителем банкирского закулисья в советском правительстве. Он приехал из Америки, привез с собой в кармане небольшие по тем временам, а точнее – большие очень для карманных расходов, но небольшие для революции 10 тысяч долларов. И дальше большевики получали и деньги из-за границы, и помощь, и вооружение. И не из Германии. Из Германии они как раз ничего не получали. Становление советских спецслужб – там, удивительное дело, очень много иностранцев. Например, такой случай. первый советский разведчик Жорж де Лафар. Причем именно с приставкой «де». француз. Аристократ пришел в ЧК, попросился, и его взяли. Брали всех тогда. Конечно, чего ж не взять француза. Поляк Дзержинский… Дзержинский – старый большевик. А здесь неизвестно кто пришел и сказал: возьмите меня в ЧК. Вы бы взяли? Я бы не взял. Авантюристы тогда приходили повсюду.

Ленин испытывает проблемы со здоровьем, в партии начинается уже борьба за власть. Одним из кандидатов на власть становится Сталин, который занимал абсолютно не важный пост генерального секретаря. Потому что в тот момент совершенно другие посты были ведущими. Это чисто секретарская должность, формальный пост. Но он сумел заняться самым главным. Он начал расставлять на ключевые посты своих людей. И привел на серьезные посты большое количество людей, которые были ему обязаны лично. Это стало платформой его власти. С другой стороны был Троцкий,блестящий оратор, создатель Красной армии, у которого тоже была когорта преданных ему людей. Это были военные, которые потом в 1938—1939 годах будут, мягко говоря, отодвинуты от каких-то военных вещей. Вот борьба между этими двумя личностями начинается за наследство Ильича. Но здесь борьба не личностей, а двух противоположных линий. Сталин выступал за построение социализма в одной стране. Что это значит? Это значит – надо делать жизнь хорошей. Нужно строить больницы, заводы, нужно прокладывать дороги. То есть жить. Жизнь нужно строить для рабочих, для крестьян. Мы победили и мы строим новое государство. У Троцкого идея совершенно другая. Россия не может ничего сделать, невозможно построить социализм в отдельном государстве. Поэтому ничего делать не надо. Нужно готовить мировую революцию, использовать русских людей как пушечное мясо для мировой революции. И вот только когда мы победим в мировом масштабе, тогда мы начнем все строить. В итоге в России бы ничего не происходило.

И начинается период нестабильности. Нет четкой передачи власти, идет борьба. В основном между Сталиным и Троцким. В этой борьбе участвуют всевозможные Зиновьевы, Каменевы, Рыковы и всякие там Томские. Закончилось это поражением Троцкого, высылкой его сначала в Алма-Ату, а потом из Советского Союза. Сталин становится руководителем страны. Но он еще примерно 8 лет наводит в э той стране порядок и потихонечку ликвидирует всех тех, кто был связан с иностранными разведками, участвовал во всевозможных заговорах. Все сталинские процессы, касающиеся верхушки армии и верхушки партии, все имеют под собой абсолютно четкую документальную основу. Именно поэтому все обвиняемые на всех сталинских процессах признавали вину. Потому что это был факт. И не было никаких пыток и выбивания показаний. Тухачевский на второй день своего ареста каллиграфическим почерком на 19 листах написал признание чистосердечное и написал так называемый «план поражения». Там ни одной капельки крови нет, ничего. Просто сел и спокойно написал. Реальный был заговор по уничтожению партийной верхушки. Это фактически готовился бонапартистский переворот. Когда руководители страны об этом заговоре узнали, они приняли меры. Ведь Тухачевского судил не какой-то там мифический тайный комитет. Из верховных военных был сформирован трибунал. Сами военные его судили. И сами присудили его к расстрелу. Он знал, в какие игры играет. И поэтому он все признал. Он проиграл. И поэтому не надо говорить о невинных жертвах сталинских репрессий в отношении реальных заговорщиков.

Итак, Сталин встал во главе страны. Единоначалие, проводится индустриализация, коллективизация. Вырабатываются новые образцы вооружений, Советский Союз готовится к отражению агрессии, явные признаки которой с приходом Адольфа Гитлера в 1933 году стали совершенно очевидны. Гитлер был приведен к власти Лондоном и Вашингтоном. Считаю вопрос абсолютно доказанным. Он без помощи Запада не то что не мог прийти к власти, армии даже у него не было. Денег не было. Ничего не было. Территории не было. Некоторые считают, что Гитлеру Сталин помогал, учил танкистов, летчиков. Знаете, сколько выучил Сталин летчиков и танкистов? Летчиков – порядка 100 человек, танкистов – порядка 30. Мы представляем, что в германской армии их было несколько больше. А теперь самый главный вопрос – в каких годах работали эти школы. И это было в 20-30-е годы. Адольф Гитлер, придя к власти, закрыл эти школы немедленно. Эвакуировал весь персонал. Он был большим противником дружбы с Советским Союзом. Поэтому сказать, что Сталин помогал Гитлеру, невозможно. Никакого военного сотрудничества между Советским Союзом и гитлеровской Германией не было вообще.

Итак, большие достижения внутри страны. Страна готовится к отражению агрессора, который накачивается. Сталин попытался с этим агрессором договориться. И у него что-то получилось. Был заключен договор о ненападении. Но, к сожалению, англофил Гитлер в итоге все-таки напал на Советский Союз. Если у кого-то есть сомнения, почему он это сделал, я рекомендую приглядеться к его взглядам. В «Майн Кампф» страниц тридцать: Англия – это единственно возможный союзник для Германии; только союз с Англией поможет нам выйти из положения. И вот так тридцать страниц.

Гитлер очень точно все изложил в «Майн Кампф». Можно было проследить всю последовательность его действий по этой книге. «Майн Кампф» он написал, сидя в тюрьме. Его после этого сразу выпустили. Это заявление Гитлера о приеме на работу в британскую спецслужбу. Ребята, поставьте меня во главе страны, я ваш, буржуинский. Воевать буду с Россией, с Англией буду дружить. Сталин все это видит. Сталин готовится к отражению агрессии. Происходит катастрофа 22 июня. В итоге с огромным напряжением сил наша страна побеждает. И в этом колоссальная заслуга того руководителя, который стоял. Когда мы участвовали в менее масштабной, в менее страшной первой мировой войне, с той же самой Германией, которая была не такая сильная, как гитлеровская Германия, мы потерпели поражение. Потому что у нас внутри страны произошла революция. Мы не военное поражение в первой мировой войне потерпели. Приход предателей – Временного правительства – к власти разложил армию. И вот здесь в 1941 году мы потерпели куда большее военное поражение. Но ничего не произошло. Потому что Сталин знал, как делаются революции. Он был одним из революционеров. И поэтому накануне грядущего конфликта вся та пятая колонна, которая бы ударила в спину, была ликвидирована. Есть интересные факты, когда в 1941 году рассматривался вопрос об оставлении Москвы как столицы и переводе ее в Куйбышев, Сталин остался в Москве. По улицам бегали мародеры и кричали: «Большевиков на мыло! Будем вешать комиссаров!» И это тоже было подавлено за неделю. Мародеров на парашютах сбрасывали немцы. Мерзавцы и подонки есть везде. А по поводу отъезда Сталина есть исторический факт. Звонят Сталину в эти октябрьские дни: немецкие танки входят в Москву. Дайте нам приказ отойти. Один из генералов звонит. Товарищ Сталин: «Скажите, у вас лопаты есть?» – «Я не понял». – «У вас лопаты есть?» – «Есть, товарищ Сталин». – «Передайте товарищам, чтобы они копали себе могилы. Я остаюсь в Москве и никуда не уеду». И устояли. И удержали. Выиграли войну. Дальше Сталин отказался подписать Бреттон-Вудское соглашение, благодаря которому доллар стал резервной валютой. Мы сейчас видим, что это такое. Это когда США процветают, весь мир загнивает. И Сталин в 1945 году отказался ратифицировать.

Кратенько об СССР

Я искренне грущу по той стране. Этому есть масса причин. Возможно потому, что по большому счету, я отношусь к тем , у кого было по настоящему счастливое детство. При этом все -таки, заглядывая в прошлое и глядя в настоящее, я вижу , что того государства нет .

Можно, уподобляясь многим , сказать “Горбачев развалил Союз”. Только вот знаете что? Говорить о том, что один человек “развалил” страну – это не уважать эту самую страну . И прежде , чем звать назад в прошлое, возможно стоило бы действительно разобраться в дефектах конструкции, которая в итоге сделала ее нежизнеспособной ? Ну или можно продолжать плодить лозунги “СССР по над усё”.

Я кратенького о негативе тех времен пробегусь , а потом резюмирую, что хотел сказать этим небольшим постом.

1. Самое грустное в истории СССР, как общественной организации – это то , что каждый более-или менее значимый кусок истории даже внутри СССР сопровождался уничижением предыдущего. При этом обещались золотые горы в будущем.
Горбачев проводил свою политику на фоне борьбы с “застоем”, Брежнев пришел , победив хрущевский волюнтаризм , Никита Сергеич усиленно боролся с культом личности Сталина , попутно вынеся Иосифа Виссарионовича из мавзолея, Сталин же ни с кем ни боролся, но в результате такой неборьбы не стало “ленинской гвардии”, да и Троцкому – одному из “героев революции” ледорубом указали путь . Я не берусь ( в данном материале) судить частные вопросы наличия или отсутствия текущих проблем . Я указываю на то, что система, которая начинает жить каждые 15-20 лет обнуляясь, обречена с большой степенью вероятности на разрушение . Что, собственно в итоге и произошло. Ибо основой распада Советского Союза стали те же правящие кланы , но уже на местах.
Вот это та проблема – проблема политического устройства и смены власти, которая не была толком решена в СССР. Отсюда имеем фрустрированность самого понятия как Советский Союз. Нынешние апологеты берут кусочек и говорят – вот это СССР, а все остальное троцкизм, волюнтаризм и предательство. И при этом на полном серьезе предлагают эту модель воссоздать в нынешней России. При этом напоминание того, что одна из величайших побед в истории – полет Гагарина – пришелся во времена Хрущева натыкаются на ответ – дык Сталин все сделал. Перефразируя известную фразу – дух Сталина носился над водой.

2. Считается, что государство было народным и для народа. Только вот, как человек живший в этом государстве, скажу одну простую вещь. На бытовом уровне доверие народа к государству было весьма сомнительным. Это выражалось, например, в с удовольствием пересказываниях анекдотов про политиков-генсеках. Последний , например, что я помню оказался отнюдь не анекдотом а пророчеством.

-Вся жизнь на П!
-Это как ?
-Сначала будет Перестройка. Потом Перестрелка. Потом Перепись населения.

А в чем причины данного отношения народа? А в массе невыполненных обещаний.

Кратенько только на моей памяти то что было обещано.

  • в 1960 году был обещан коммунизм через 20 лет. Т.е. в 1980 году – уже должно было наступить счастие земное, которое почему то все-таки сводилось к материальному изобилию (обществу потребления по сути)
  • в 1980 году каждой семье было обещано по отдельной квартире .И снова через 20 лет ( могу ошибаться с годом обещания, но к 2000 точно). Не плохо конечно, но уже про коммунизм было принято говорить как об отдаленной перспективе. к вестям про квартиры народ отнесся так же.
  • Наконец в 1982 году (65 лет советской власти прошло) была принята Продовольственная программа. Это реакция не на голод конечно (Колыбанов вот спрашивал был или нет) , но на угрозу голода. И это, повторю, все на самом высоком уровне, в стране ПОБЕДИВШЕГО СОЦИАЛИЗМА ( официальное название). А ведь два года , как коммунизм наступить должен.
  • Про 1985 год майский пленум КПСС упоминать не будем, но доверия народа к власти итоги этого пленума не добавили.

Вот это базовое недоверие народа и было основой того, что за тот СССР в итоге, по большому счету никто и не вступился . Ибо не было его – доверия- и в силовых институтах. Может и к лучшему (здесь множество вероятностей) -ибо крови могло пролиться на порядок больше . Может и нет . Поэтому остановимся на простом факте – государство частенько обманывало. И государство народное ( по определению) , не капиталистическое. Обидно.

3. Ныне модно валить всё на олигархов. Напомню поздне-советскую историю . А именно “борьбу с привилегиями” . По сути наблюдались поиски золотых батонов . И самое веселое, что эти батоны находились . Хлопковое дело – классическая иллюстрация этого.

При этом вся эта борьба закончилась развалом страны. Парадокса, как говорит один сказочный интернет-персонаж. И батоны были – и страна развалилась.

Ну и т.д. и т.п. По мелочи можно дальше копать и накопать целую книгу недостатков. Только цель не в этом . Есть факт – система развалилась . При наличии безусловных плюсов, образованности населения, бытовой безопасности (искорененном терроризме), лидерства в мире, полетов в Космос и великой Победы, система все-равно развалилась . Не хватило внутренней прочности для существования в конкурентной среде. И брать такую систему за основу модернизации не стоит. По крайней мере без выявления дефектов (боюсь неустранимых- но это тема отдельного размышления).

Преемник без преемственности

Итак, в начале 1990-х русская государственность вновь оказалась в состоянии «перезагрузки». Объявив на площадях об очередной «новой свободе», современная РФ лишь де-юре осталась правопреемником Советского Союза. Было бы даже странно останавливаться на очевидном идеологическом, социально-политическом, экономическом несходстве двух стран. Ликвидировав в 1993 году остатки советской политической модели, пережив президентские выборы 96-го и кризис 98-го, постсоветская политическая элита должна была выработать собственную традицию транзита власти.

Но само понятие «преемника», впервые ставшее актуальным во время второго срока президентства Ельцина (1996-2000), было вызвано не тягой к легитимности, а особенностями политической конъюнктуры. Уже в 1998-1999 годах стало ясно, что политический, да и физический потенциал лидера страны исчерпан (хотя, напомню, и тогда вовсю муссировались идеи об изменении конституции и о «третьем сроке»). Близкие к «семье» силовые и олигархические группы нуждались в пролонгации собственного существования. Когда в 1999 году часть элиты консолидировалась вокруг блока Юрия Лужкова – Евгения Примакова, «семейным» остро потребовался противовес в лице нового харизматического лидера. Тогда-то и возникла череда потенциальных преемников, последним из которых стал Владимир Путин.

Если в 1996 году о свободном выборе народа в пользу Ельцина можно было говорить с большой натяжкой, то в 2000-м демократические процедуры сработали безупречно – нация «дала добро» второму российскому президенту. Четыре года спустя достойного соперника Путину так и не нашлось.

В данном случае, мы имеем дело с тем вариантом передачи власти, когда преемник есть, а преемственности не наблюдается. Для того, чтобы в этом убедиться, достаточно сравнить капитулянтский внешнеполитический курс времен Андрея Козырева, и обратиться к речи Владимира Путина в Мюнхене.

У всех трендов последних пятнадцати лет – в экономике, политике, социальной сфере, есть одна общая черта – это медленный, но последовательный отход от олигархической, «клептократической» модели ельцинской эпохи. Удаление крупного бизнеса от власти, возрастание роли государственных (и, в первую очередь – силовых структур), выстраивание жесткой вертикали «центр – регионы» и переформатирование Совета Федерации, восстановление государственного контроля над СМИ и сырьевыми монополиями. Все эти меры времен первого президентства Путина говорили о том, что выход из кризиса 90-х заключался в постепенном демонтаже самой политической системы, сложившейся в 90-е.

После 2004 года различие, не-преемственность курсов Ельцина и Путина стала очевидной. Символом окончательного разрыва с предыдущей эпохой можно считать удаление из власти и маргинализацию последних апологетов ультралиберального варианта развития России: «семейного» премьера Михаила Касьянова и экономиста-фрондера Андрея Илларионова.

Налицо: новая социальная политика, выраженная в приоритетных нацпроектах, формирование новой идеологической базы, и наконец, новый – антиамериканский, альтер-глобалистский внешнеполитический курс, о котором было заявлено уже в 2007 году в Мюнхене.

Преемственность без преемника?

Общественный консенсус, сложившийся вокруг фигуры Владимира Путина, по-прежнему остается незыблемым. Существует и общественный запрос на продолжение курса, проводимого нынешней властью.

Естественно, в нынешней ситуации нельзя говорить о преемственности а-ля поздний Ельцин. Популярному, сильному президенту (даже чересчур сильному – в сравнении с другими политическими игроками) не требуется сменщик, которому обессиливший, уходящий из политики глава государства передает бразды правления.

Если от самого Путина требовалось быть максимально непохожим на Ельцина, то Дмитрия Медведева, Сергея Иванова и других высших госчиновников, то и дело назначавшихся «преемниками», воспринимали не как грядущую новую власть, а как продолжателей нынешней политики, «верных путинцев».

В 2007 году разговоры о продлении полномочий более оправданы, нежели чем в 1999-м. Оправданы психологически, но не юридически. Народ готов легитимировать третий срок, но это идет вразрез с легальностью. А Путин, будучи «по происхождению» не только силовиком, но и юристом, уже неоднократно подчеркивал свою приверженность букве Основного закона.

Нынешняя власть пытается с нуля создать традицию преемственности, которой, пожалуй, что и не было – по крайней мере, на протяжении последних ста лет.

«Путин ломает традицию, согласно которой каждый следующий президент заново определяет все правила», – заметил в беседе с автором этих строк глава Фонда эффективной политики Глеб Павловский. «Сегодня в российском обществе нет другого человека, в котором видят гаранта преемственности. – продолжил политолог. – В этом смысле Путин должен остаться в политике. Как будет именоваться его должность – это второй вопрос».

Последний момент крайне важен. Сегодня уже более чем очевидно, что после 2008 года Владимир Путин остается ключевым субъектом российской политики, лидером общенародного консенсуса – наподобие Франклина Рузвельта, с которым его одно время настойчиво сравнивали. Такой общенациональный лидер может де-юре и не занимать высшую должность – вспомним архитектора китайских реформ Дэн Сяопина, что и произошло. В этом смысле, фамилия третьего президента России, пресловутого преемника, не столь уж важна. Вполне возможно, что в политической системе, которая сложится при неформальном лидерстве Путина, глава государства и не будет играть первенствующую роль.

В конце концов, сейчас важен не преемник, а преемственность.

Мы за последние прошедшие годы столкнулись с проблемами именно системного характера, когда система РОССИИ и ее элиты, вступили в противоречие с актуальными грозными вызовами перед страной, отчего сейчас проводится (надеюсь тактическое) отступление по многим фронтам (несмотря на победу Майдана, была триумфом зарождавшегося с 2012 г. нового курса, но системные проблемы, полностью испортили дело).
Сегодня, у меня пока именно такое смутное ощущение складывается по совокупности параметров нашей политики, мы стоим на пороге очередного (первое медведевское 2008-2011 гг.) либерального отступления власти, – шаг вперед, а теперь будет два шага назад. Хотя оно может и не случится, дай то Бог.

Проблема власти в России №1: патриотическая стратегическая преемственность.

“Гениальная власть”. Так бывший кремлевский политолог Глеба Павловский назвал свою книгу. Суть не в книге. Власть у нас сейчас, и во многие другие периоды истории была таковой, действительно гениальная. Гениальная тактически, здесь и сейчас.  Но, совершенно нулевая пока что стратегически, хотя возможно чего-то и не знаем. И это вполне закономерно, учитывая,  что сам Владимир Владимирович Путин это чекист, часть его команды и опорной группы во власти, это ГБ-шники. Это лучшие управленцы и аналитики, оперативники по части тактики. Тактика это управленческие ходы максимум на два-три года. Но у нас скорее речь идет о блестящем реагировании на встающие перед страной вызовы гораздо более краткосрочные.  Но нужна работа по выстраиванию государственной системы на десятилетия вперед, на создание и укрепление фундамента, –  системы, системы власти, а не постоянного оперативного реагирования.

Думаю все читающие эти строки догадались в чем же главная проблема власти, блестяще реагирующей на возникающие проблемы, но не имеющей, либо имеющей радикально ошибочную, чуждую, стратегию. Да, это проблема стратегии, долгосрочного действия. Но ладно, подумает кто-то из ярых сторонников власти, – пусть, тактика, да, ну и что же? Если эта тактика будет воспроизводиться в такой же форме, то и хорошо, а стратегия как-нибудь придет сама или без нее обойдемся.

Вот тут то и главная загвоздка. Тактика, блестящая патриотическая тактика, консервативной, либо какой-то иной, прорывной политики, всегда кончается у нас и обрывается. На смену патриотическому, более или менее консервативному и правильному правителю, приходит ярый либерал.

Русская политическая история последние двести лет идет по малым циклам чередования либерализма и реакции, консерватизма.

По-настоящему успешный прорыв совершил великий Сталин, второй в русской истории великий стратег, человек который действовал стратегически. Но в чем трагедия: и он, не смог или не сумел обеспечить главное, решить главный вопрос для русской политики, для русского государства. Вопрос патриотической преемственности. Он не смог остановить этот проклятый маятник, эту систему уничтожающую и сдерживающую Россию. Не успел, скорее всего.

Об этом хорошо написал у себя Владимир Игоревич Карпец:

“После 1934 года ( XVII съезд ВКП (б)) Сталин предотвратил левый вариант глобализации и мирового правительства (другого тогда не было) уничтожил революционеров-ленинцев, восстановил почти целиком исторические границы Российской Империи, разгромил интервенцию Объединенной Европы, создал ядерное оружие и этим остановил экспансию Запада, подготовил все для мирного выезда на свою историческую родину самого несовместимого с исторической Россией ее народа, сделал Россию второй державой мира… Но он не сделал одного и самого главного.

Не создал преемственной Верховной власти. Уже через три года XX съезд пустил под нож все его историческое наследие.

Почему не создал? Это и только это остается главной его загадкой”.

Для автора этих строк,  ответ на этот вопрос в том, что не хватило физически, физически не хватило сил и времени. Слишком грандиозные задачи, помимо этой, свалились на него тогда. И тогдашнее наследие было весьма тяжело. Сталин должен был обеспечить преемственность своего патриотического курса в пику троцкистам и ортодоксальным антирусским марксистам, но был ограничен партией. А возможно и полной погруженностью в текущие вопросы.

Не в этом суть. Вопрос преемственности, стратегической преемственности, патриотической (консервативной, как угодно) преемственности власти для наших правильных правителей просто роковой. Роковой он и для России.

Это вопрос системности, системного строительства. Вопрос строительства русской политической, точнее государственной управленческой системы, вопрос обеспечения наиболее оптимального механизма преемственности власти, создания в государственной системе и обществе охранительных, опорных групп защиты этой системы от дурака и главное от либерала.

Нам нужна государственная система, спроектированная и выстроенная так, чтобы она имела защиту от либерала, западника, от того кто готов переломать страну об колено в угоду своим нерусским политическим и идейным пристрастиям. Система преемственности власти. Вовсе не обязательно  чтобы совершенно монолитная и диктаторская, хотя вариант обновленной монархии в стиле римско-византийской системы преемственности императоров и получения власти не по крови, наиболее оптимален, по мнению автора этих строк. Главное, чтобы в ней не могло быть либерализма, западничества (или противоположных уклонов, если не будет Запада, на Восток или еще в какую-то нерусскую сторону), русофобии, непатриотизма. Само существование для нормальной ситуации особого лагеря патриотов просто парадоксально! В нормальной ситуации в стране не может быть “непатриотов”!

Сегодня, многие патриоты и охранители, в восторге от наших успехов, от блестящей тактики. Это хорошо, автор этих строк сам доволен очень многим. Проблема и этих патриотов и власти в целом,  в том, что у нас может начаться и у многих началось головокружение от успехов, крайне опасное. Многие уже считают что можно наплевать на факторы, лежащие в фундаменте государства, на его стратегию: на идеологию, конституцию, систему подготовки кадров и в целом политическую и законодательную систему, состояние умов и отсутствие массовой активной опоры, отсутствие политической опоры, партии или ядра готовых обеспечить преемственность патриотического курса и охранять государство от врагов изнутри. А это все определяющие факторы. Проблема в том, что никакие успехи в военном строительстве и экономике, даже во внешней политике, не решат эту проблему.

Фундамент нашей государственной и политической системы, – гнилой, либеральный и созданный в 1990-е гг. У нас нет стратегии, нет опоры, в элите патриоты не консолидированы, также как и в обществе. И главное: система преемственности не создана. А это значит, что вся жизнь страны зависит от воли, жизни и здоровья лишь одного человека, – Владимира Путина. Эта ситуация неприемлема и опасна, смертельно опасна.

Ее необходимо решать: заменять враждебную и гнилую систему власти, созданную Ельциным, менять Конституцию, а возможно и всю форму правления, закрепить государственную идеологию и начать действовать стратегически, исходя из нее, очистить элиты от либералов, прекратить эту практику баланса сил патриотов и либералов во власти, создать надежную гражданскую и политическую, идейную опору власти, государству и обществу, – будет это Церковь или новая партия, орден, фронт, опричнина, уже вопрос технический. Необходимо начать действовать на опережение и выйти за флажки западничества

Все это не прихоти ярого патриота, недовольного недостаточным консерватизмом и решительностью власти: эти технологически необходимые, жизненно важные моменты. Без решения этих проблем, без окончательного отхода от курса безстратегического полулиберализма/полупатриотизма, нам крышка. Настоящая победа Путина будет в этом, – если он сумеет решить эту проблему.

Страну нужно защитить от самой возможности существования во власти новых Горбачевых.

Либерализм и западничество как никогда пронизали наше общество: очередного либерального отката мы можем не пережить и погибнуть навсегда. Сегодня вопрос о власти, о повороте внутриполитического курса, о преемственности, о системе власти, – главный вопрос современной России.

А как быть?

Мне кажется , что стоит прислушаться (если кому то важны авторитеты) и к Путину, и Патриарху. Неразрывность истории России – вот основа. И с этой точки зрения , если снова апеллировать к Колыбанову, то либо обходимся без памятников, либо памятники всем, включая Горбачева и Ельцина , царей (всех) , Сталина и Хрущева. (Я не очень люблю эти истерии с памятниками в принципе).

СССР – это страна откуда вышла современная Россия и остальные постсоветские страны. Осознание этого факта способствует интеграционным процессам (именно поэтому вна Украине идет такое рассоветизация), а вот насильное возвращение в СССР (2.0) активизирует именно те процессы, которые разрушили Союз (этому тоже можно посвятить не одну страницу текста). Вот такая диалектика.

Россия настоящая – это не СССР. И путь лежит вперед, а не назад. Но с опорой на все прошлое, где Союз один из этапов .

И тогда, возможно, мы снова увидим объединительный формат (ну пусть через ЕАЭС). А пока я вижу, что режима границ между Россией и Белоруссией нет, и я этому рад.

Специально для РУССКОЙ СИЛЫ подготовил Макс Елев