Взгляд в прошлое

vzglyad-v-proshloe-763-48515Транс от консервов

В конце 80-х годов,  в разгар перестройки, в СССР появилась программа «Взгляд», совершенно необычная для того времени. Молодые и умные парни свободно общались со зрителями, рассказывали множество невероятных для советского обывателя вещей, и даже демонстрировали записи подпольных  рок-групп.

Для нас, перестроечной молодёжи, это было просто глотком воздуха, мы не отлипали от экранов. Нам рассказывали множество интереснейших вещей, и этот мир так отличался от того, в котором мы жили.

Постоянным гостем этой программы был журналист-международник Владимир Цветов, работавший в Японии. Он периодически поражал зрителей историями о жизни в Стране восходящего солнца. И мы понимали — у нас убогая, отсталая страна с пустыми полками и ужасным бытом.

Цветов приносил на передачи какие-нибудь новехонькие японские гаджеты, продукты или самоподогревающиеся консервы, а мы впадали в транс — настолько это отличалось от нашего быта и нашей жизни.

Постепенно не только «Взгляд», но и почти все советские СМИ начали вываливать на нас информацию  о западной жизни, о том, что жители других стран свободно путешествуют, о том, что магазины ломятся от товаров, о том, что там существуют пресловутые 300 сортов колбасы, и так далее.

Я помню статьи-репортажи Василия Пескова из США и фразу, поразившую меня в самое сердце — он поинтересовался в американском супермаркете, когда там появляется в продаже первая клубника. Ему ответили — в 6 утра.

Новым поколениям уже не понять моего шока. Клубники в магазинах не было не только зимой, но и в летний сезон. Не было и 300 сортов колбасы, копченостей, бананов, деликатесов и еще огромного количества продуктов и вещей.

Мы выживали, как могли

Шло время, перестройка развернулась так широко, что из магазинов исчезло даже то немногое, что все же продавалось раньше — сахар, консервы, масло, сыр и т.д. Продукты по карточкам, давки в очередях, когда всё же что-то «выбрасывали» в продажу. Однажды, я в Ленинграде отстояла 6 часов в очереди, чтобы купить самый обычный шампунь (по 2 флакона в руки).

И на этом фоне нам постоянно рассказывали, как хорошо жить на Западе, и в бесконечных репортажах из-за границы мы видели, как живут ТАМ. Роскошно, богато, сыто.

Многие не выдержали и уехали — благо пал железный занавес.

Но, большинство осталось, и пыталось выжить в этих ужасных условиях, когда нет работы, нет жилья, нет банально продуктов… И мы жили, кляня власть, ненавидя депутатов, крутились на трех работах, выращивали на дачах овощи и перелицовывали одежду…

Говорят, что если лягушку отпустить в холодную воду, и постепенно подогревать ее, то она даже не заметит повышения температуры и сварится заживо. В нашей жизни произошло примерно то же, только со знаком плюс.  Мы начали с кипятка, температура постепенно спадала, а мы по-прежнему думали, что живем в кипятке и по привычке всем громко возмущались — правительством, депутатами, дорогами, хамоватыми чиновниками и т.д..

Зависть по-японски

И вот, буквально недавно я вдруг обнаружила такую вещь. Если взглянуть трезво на нашу жизнь, то вдруг выяснилось, что я лично давно уже не толкаюсь  часами в очереди в паспортный стол, в районо, в собес. Я прихожу в современный сверкающий МФЦ, где вежливые сотрудники быстро по электронной очереди принимают любые  мои документы.

Я езжу по новой питерской кольцевой, я вижу новую грандиозную строящуюся трассу «Санкт-Петербург — Сортавала», я вижу в самых неожиданных дальних местах России совершенно новые дороги. Конечно, всем дорогам еще далеко до идеала, но я вижу, как они постоянно строятся.

И я хожу в магазины, которые просто ломятся от продуктов. Буквально на днях я в своём блоге выложила фотографии нашего питерского гипермаркета — с целью доказать друзьям из Украины, что вам врут, у нас вовсе не исчезли продукты после санкций. Но — неожиданно для меня — позавидовал нашим полкам вовсе не житель нищающей Украины, а мой друг, живущий в Японии. Оказалось, что там нет дешёвого и качественного сыра, почти нет колбасы и кисло-молочных продуктов. А, та же «сметана — редкость, но нашли, правда, тоже недешёвая, и дома я б такую не купил… Кефира несладкого нет вообще — только самим делать. Чёрный хлеб (да и вообще не ватный хлеб) надо еще найти, при этом, буханка чёрного хлеба — порядка 10 долларов»…

И я новыми глазами посмотрела на наши полки. Мне казалось совершенно естественным, что в наших магазинах и на рынках тонны мясных и рыбных деликатесов, различных сыров, кисломолочных продуктов, хлебобулочных изделий и прочего. И я вспомнила действительно дорогой и при этом совершенно безвкусный заграничный хлеб.

И я поняла — мы не заметили, как остыл наш кипяток, в котором мы варились. И мы в прямом смысле в чем-то догнали и перегнали Америку — расхожее клише советского агитпропа вошло в нашу жизнь на самом деле.

Если бы мне в конце 80-х сказали, сказали, что когда-нибудь человек из Японии позавидует нашим полкам в магазинах… Я даже не могу представить себе свою реакцию, потому что этого просто не могло быть — даже в качестве сказки.

И еще — я представила себе заграничную «сладкую» жизнь, в которой нет соленого сала с чесноком, горячей молодой картошки с сельдью и зеленым луком, моих любимых жареных карасей в сметане, бородинского и дарницкого хлеба, ряженки и лесной земляники, только что сваренных клюквенных морсов и пирогов с лично сваренным вареньем… Вы хотите так жить? Я лично — нет.

Наталья Трубиновская, Санкт-Петербург