Готовы ли русские к войне?

Споры о войне отвлекают от самого главного.

70 лет как в Берлине отгремели последние разрывы большой войны, закончившейся великой Победой, – и вот в Донецке разносятся первые взрывы новой страшной беды.

«Русский народ, и млад и стар, в большинстве своем готов без лишних слов исполнить свой долг»

Готовы ли русские к войне

Завершится ли эта беда победой, как завершился кошмарный 1941-й триумфальным 1945-м, зависит – при всех прочих необходимых условиях – от готовности народа к огромному напряжению сил и даже жертвам ради «мирного неба над головой» и «спокойствия во всем мире», как любили говорить старики.

Готова ли к этому современная Россия? Поспешные выводы распадаются на категоричные «нет» и «да», под которые подводятся вполне реальные приметы времени.

«Нет, не готовы» – и патриотично настроенные граждане приведут многочисленные и порой неопровержимые примеры несознательности молодежи, развращенности народа, антипатриотичной пропаганды в СМИ и откровенного вредительства во власти.

Как можно говорить о готовности к войне, скажут они, если у России остается импортозависимость в стратегически важных отраслях: фармацевтике, станкостроении, сельском хозяйстве и пищевой промышленности? Как мы будем воевать в случае необходимости, если подростки умеют стрелять только в компьютерных играх, да и там зачастую «воюют» на стороне гитлеровцев?

Как власть сможет мобилизовать страну, если нынешняя элита до сих пор выводит доходы через офшоры на Запад, а Васильеву не могут посадить за воровство? Перечень ужасных бед современной России в интернете растет с такой скоростью, что, прочитав, любой опустит руки. Точнее, поднимет вверх в виде жеста «берите меня в плен, я сдаюсь».

Но так ли это?

Импортозависимость в той же оборонке практически сведена к нулю, а в остальных сферах ликвидируется в кратчайшие сроки, учитывая, что избавиться нужно от импорта именно западных товаров: земной шар отнюдь не ограничивается Западом.

Элита переформатируется в условиях войны довольно быстро, если захочет оставаться элитой, а не участниками философского парохода XXI века, – и вот уже из экономики Великобритании побежали русские деньги, грозя обрушить британский фунт.

Васильева, может, и воровала, но после Крыма факт неоспоримый: российская армия после реформ 2009–2014 годов стала современной и боеспособной. То же касается и всего остального. Преодолеваются любые проблемы и любые невзгоды, даже самые невероятные, но при одном условии: если есть воля к победе. И не у одного на тысячу наблюдателей, а у народа.

Вот нынешняя российская молодежь – какая она? Такая уж вся разнузданная и потерянная? Ведь на Донбасс же едут отнюдь не только ветераны Афгана и Чечни, но совсем молодые ребята. Те, которые даже об СССР помнят только по пересказам родителей, не говоря уже о войне. И Украина вроде бы для них должна быть чужой страной с другим паспортом, чужим языком и героями.

Но нет, русские мальчишки из Бурятии, Белгорода, Вологды, Казахстана едут воевать на Донбасс. За что? «За русскую землю против поднявшего голову фашизма, который не добили деды», – не мои слова, а их собственные (специально для тех, кто поморщит нос от пафоса). Ведь это о чем-то говорит про молодежь, не правда ли?

Да, есть и те, кто брезгует даже слышать о заживо сожженных 2 мая в Одессе со словами: «Не хочу в это лезть, это портит мне карму, все там виноваты». Встречаются и те, кто уверен, что с той стороны и с нашей в равной мере идут сплошная ложь и пропаганда, мол, надо быть объективным, то есть этак многозначительно и с мудрым видом отсидеться в стороне, боясь запачкаться и оказаться на одной из баррикад.

Находятся и откровенные предатели. В то же время, несмотря ни на что, десятки и сотни тысяч людей по всей России отдают свои гроши на помощь Донбассу, а бабушка-пенсионерка из Омска собирает 7,5 тонн гуманитарной помощи. Все это присутствует в России в одно и то же время, как присутствовало всегда, независимо от власти и эпохи.

Но вот в какой пропорции? Вот что окажется самым важным и что хотелось бы заранее понять. Скажем, зачастую споры о войне и Победе уходят в дебри ненужных и надуманных нюансов, уводя от самого главного. Ах, новая эмблема российской армии, красно-белая звезда, похожа на американскую. Ах, Георгиевская лента называется неправильно, является то ли гвардейской, то ли власовской, и ее надо переименовать.

Ах, Мавзолей на День Победы задрапировали тканью, стесняясь своего прошлого, будто солдаты-победители бросали нацистские знамена именно к Ленину, а не к Кремлевской стене как к сердцу многовекового русского народа.

Но в любом случае – разве это принципиально? Нет, принципиально другое. А именно: готовы ли мы морально к тому, чтобы дать отпор агрессору? И не просто дать отпор, а победить.

Способны ли после долгих лет рассоединения почувствовать боль миллионов русских за границей, попавших в беду, как свою собственную?

Чувствуем ли мы связь той войны с грядущей, пусть она и будет совсем другой? Воспринимаем ли наших павших как часовых? Ведь именно в этом смысл и задача празднования 9 мая, того самого Дня Победы, который так старательно пытаются опошлить. Достойны ли мы дедов и прадедов?

Точного ответа, наверное, сейчас не даст никто. Это покажет только время. Но есть необъяснимая уверенность, что при всех проблемах и недостатках современной России русский народ, и млад и стар, в большинстве своем готов без лишних слов исполнить долг.

мальчиши

Особенно ясно почувствовал это, когда в течение одной недели дважды услышал на улицах города, как мальцы восьми-десяти лет, каждый сам по себе, под нос запевали – один «Катюшу», другой «Здесь птицы не поют, деревья не растут»…

Пели не как мучительно заученное на школьных репетициях, а вдумчиво, проживая слова в душе. Как будто их устами пели наши павшие в войне, подпевая: «И только мы к плечу плечо врастаем в землю тут».

Эдуард Биров