Ответ воинствующей и антивоенной истерике: спокойно жгём террористов

 

Вчера в “Комсомолке” известная по “абажурам имени Гозмана” Ульяна Скойбеда написала воинственную антивоенную статью о том, что нас проклятые империалисты втягивают в войну в то время как народ голодает, а страна развалена. Тут полный набор оппозиционных штампов: и то, что в России ничего нет, кроме оборонки, что государство играет мускулами, в то время как экономика уничтожена, а капиталисты будут ещё больше сдирать деньги с народа. Вишенкой на агитке является вопрос – что мы забыли в Сирии? за чьи (явно не свои) интересы бомбим там и поддерживаем Асада? В общем, классический такой большевистский задор – не нужная народу империалистическая война разжигается проклятой властью, народ должен на неё не явиться.

Это ведь пишет та самая Скобейда, которая снимала сверхэмоциональные патриотические ролики за Крым, Россию, против западенцев, либералов-предателей и прочих врагов народа. И вот теперь врагами народа объявляется власть, которая действует в интересах капиталистов. Такой прекрасный поворот, уже знакомый по другим истеричным журналистам-патриотам, которые знаково, будто сговорившись, используют открытие Ельцин-центра как иррациональный повод для разжигания злобы к “нынешнему режиму, ведущему страну к гибели”.

Но я не буду в этот раз реагировать на оппозиционный бред журналистки, тем более что в самой “Комсомолке” ей уже ответили отдельным текстом. Замечу другое: повод к такой риторике Ульяна выбрала в общем-то обоснованный – это разжигаемые ура-патриотами бравурные призывы к войне с Турцией, её разгрому, расчленению, уничтожению. Битьё окон в посольстве, ложные альтернативы “либо война, либо позор”, призывы повторить исторические победы над турками и прочая безответственная болтовня в соцсетях. Это действительно не правильная и чрезмерная риторика. Она играет исключительно на руку третьей стороны – США. В то время как российская власть, наоборот, пытается (и в целом пока успешно) выстроить максимально жёсткий, но не военный ответ на провокацию, проведённую США руками Турции, ура-патриоты своими криками о “войне” играют на руку этой провокации. Москва как раз и не хочет войны, неужели не видно?

Однако в том то и дело, что и бравурные призывы к войне и антигосударственные негодования по поводу втягивания народа в в ненужную войну есть стороны одного и того же – радикализма и истеричности, рядящихся в одежды патриотизма. Или даже того хуже – предательства и провокаций. Одни неуравновешенные кричат “война или позор”, другие в ответ клеймят власть “империалистической и антинародной” за то, что она посмела отстаивать российские интересы и нарвалась на открытое недовольство мирового гегемона и его вассалов. Крики с обеих сторон служат исключительно одной цели – вывести из равновесия русский народ, чтобы тот запутался и сорвался в агрессию, не важно даже какую. Показной патриотизм и тех и других – всего лишь орудие информационной борьбы.

Что же происходит на самом деле? Весной 2014 года Россия впервые после крушения СССР вышла на международную арену как активный мировой игрок и провела операцию спасения Крыма (первый случай изменения границ без дозволения США!), тем самым заявив о завершении самого несправедливого в истории человечества однополярного мира. В ответ Запад начал оказывать на Россию беспрецендетное невоенное давление из расчёта, что “экономически слабая” Россия не выдержит и отступит, сдав Крым и вернувшись в 90-е. Однако на деле оказалось, что несмотря на зависимость Москвы от либеральных глобальных инструментов, российская экономика способна существовать даже в условиях прессинга со стороны гегемона. Другими словами, вопреки воплям “патриотической оппозиции” российская финансовая, банковская, производственная и пр. системы при всех потерях от санкций проявили критический уровень самостоятельности. К тому же Москва, используя положительную черту глобальной экономики, не закрылась, а начала более активную переориентацию на незападные рынки.

Осенью 2015 года Россия начала проведение военно-воздушной операции против американского проекта ИГИЛ, призванного стать инструментом непрямой, но масштабной террористической агрессии против неудобных стран Евразии, и прежде всего против России и Китая. За долгие постсоветские годы это стала первая операция вдалеке от российских границ, и понятно, что США не могли с этим смириться, организовав взрыв в гражданском самолёте над Египтом и атака на штурмовик над Сирией. Подконтрольная Вашингтону Турция элементарно была использована как инструмент по отвлечению сил России и как угроза русским от ФРС. Реагировать на такой шаг объявлением войны самой Турции – это один из сценариев, которые были заложены в данную провокацию. Российско-турецкая война – что может быть сейчас лучше для американцев? Только российско-украинская. Кремль решил наказать самого Эрдогана, отделив его от турецкого народа, то есть вместо объявлениея войны Турции объявлена война Эрдогану (запреты направлены, прежде всего на крупный бизнес, чтобы тот оказал давление на власть) – и то до того момента, пока не принесёт извинения и не накажет виновных. И это не слабость, а проявление понимания сути происходящего. В конце концов, один сбитый самолёт при всей недопустимости куда менее трагичный эпизод, чем возможный конфликт России и Турции, даже без участия НАТО. Лучшим ответом Турции станет уничтожение бензовозов, лучшим ответом США – уничтожение баз террористов в Сирии. Как говорится, “спокойно жгём”(с) бензовозы и террористов. Спокойно! – вот ключевое слово.

Россия продолжит выбранную Путиным стратегию превращения однополярного мира в многополярный и отстаивание российских интересов в Евразии, несмотря ни на какие удары по нам. Но чем дальше, тем эти удары будут болезненее, а провокации будут коварнее – и к этому надо быть готовыми. Прежде всего даже не экономически, как ни странно, а психологически и духовно. Главные нынешние сражения ведутся в умах и душах людей – и целью врага сейчас является даже не обрушение экономики России, а дискредитация Кремля и всей российской государственности в глазах народа. Собственно, без этого условия одолеть возрождающуюся Россию не по силам даже гегемону, какими бы ресурсами, инструментами и технологиями он ни обладал. Истеричные псевдопатриотические призывы как раз призваны вывести русских из равновесия и заставить российскую власть допустить стратегическую ошибку. На это дело бросается всё, что возможно, используется любой способ – вплоть до таких ранее прошедших бы незаметными событий, как открытие музея о Ельцине и запуск системы регистрации и контроля грузовых перевозок “Платон”.

Внешние враги и внутренние оппозиционеры считают, что Россия идёт к повторению революции 1917 года, когда подобные провокации и при слабости власти позволили снести к чертям российскую государственность и ввергнуть страну в тридцатилетие великих испытаний. Оппозиционеры оправдывают такую перспективу чем угодно: несправедливостью распределения доходов, предательством элиты и власти, капиталом, выжимающим соки из трудового народа, и прочими полуправдами. Собственно, они чрезвычайно хотели, чтобы это было правдой, а потому и доказывают народу, что это правда. Необходимость революции они оправдывают тем, что сразу станет качественно лучше и правильнее.

Но назло им всё произойдёт в ровно противоположном направлении – Россия выйдет из 2017-2020 годов качественно усилившейся и новой, избежав переворотов и масштабных потрясений. Защитив силовым способом мир от бесчинств мирового жандарма, она явит себя не только мощной военной силой, но и державой с развитыми культурой, госуправлением, экономикой, основанных на новых для современного мира принципах. Однако для этого необходимо устоять в тяжёлом геополитическом противостоянии, не проявив слабость и истеричность в ответ на сложные вызовы.

РМ